Франкфурт – город контрастов

Автор:

В номере: 2019

© rcfotostock - AdobeStock

Специально для журнала Neue Zeiten

Франкфурт-на-Майне известен не только как банковская метрополия, мегаполис, финансовая столица Европы, город с самым большим аэропортом в Европе и девятым — в мире. Как у всякой медали, в славе Франкфурта присутствует оборотная сторона. Знаете ли вы, что в привокзальном квартале, что практически в центре города, бушует страстями самое криминальное закулисье в Германии с известными еще с сотворения мира грехами и пороками.

Жрицы продажной любви круглосуточно несут вахту в домах с задрапированными красными портьерами окнами, выглядящими как третьесортные отели. В третьеразрядных казино проигрывают последние гроши и так поиздержавшиеся гастарбайтеры. В непрезентабельных дансингах танцуют на столах не первой свежести стриптизерши. Днем и ночью там и тут кучкуются завсегдатаи франкфуртского дна, отличающиеся от остальных горожан колоритным видом. Назвать обстановку в квартале живописной – не сказать о ней ничего. Это самый легендарный квартал во Франкфурте и, вероятно, во всей Германии. Но стоит пересечь пограничную улицу – и вашим глазам открывается вид на фешенебельные небоскребы из бетона, стали и стекла — главные филиалы всех европейских банков и финансовых структур. Одна узенькая улица и — бездонная пропасть на границе двух миров и двух полюсов — дна и поднебесья.

Однажды этим летом около 20:00 я возвращалась домой, как перед моими глазами чуть ли не из воздуха материализовались четыре полицейских минибуса, из которых выпрыгнули минимум 20 вооруженных полицейских, бросившихся наперерез разбегающимся врассыпную молодым людям. От полиции не убежишь, не спрячешься – рассыпавшихся тут же собрали одним волевым, не терпящим возражения взглядом и поставили лицом к стене ближайшего восточного кафе. Пока одни полицейские тщательно обыскивали стоящих у стены, другие держали наготове пистолеты. Акция была настолько нешуточной, что я незамедлительно связалась с управляющим пресс-службой главного полицейского управления Франкфурта. «Drogenrazzia» — пояснил он мне коротко. Что означает «Полицейская облава в поисках наркодилеров». И я безотлагательно согласовала интервью на тему «Борьба с наркомафией во Франкфурте».

Я провела обстоятельную беседу с криминальным директором, вице-управляющим комиссариата 64, начальником следственной группы главного полицейского управления Франкфурта Ларсом Хюте (Kriminaldirektion K 64 – Rauchgiftkommissariat, Vertreter Leiter-K64 / Ermittlungsgruppenleiter Lars Hüthe). Мой собеседник представил реальную картину на рынке наркомафии во Франкфурте.

Lars Küthe_S

Необходимость принятия решения

Происходящее сегодня с наркотиками на улицах Франкфурта представляет собой открытую сцену, которой предстоит весьма долгая история, уходящая корнями не в столь далекое прошлое. В то время – конец 80-х, начало 90-х – по уровню наркопреступности Франкфурт занимал третье место в Европе. Бесконтрольным нахождением на улицах, во дворах и парках Франкфурта наркоманы подвергали риску уже не столько себя – они сделали свой выбор, сколько жителей близлежащих кварталов, посещающих центр горожан и туристов, следующих в поисках острых впечатлений указаниям коммерческой рекламы. Фланирующие в общественных местах наркозависимые элементы, не вызывавшие восторг внешним видом, могли ради необходимых платежных средств не погнушаться кражей мелких товаров в магазинах и оптовых рынках, чтобы продать их тут же кому-то и приобрести новую дозу.

Самым опасным местом в городе считался парк между театром Старая Опера и Таунусанлаге, где днем и ночью, уже не боясь и не прячась, обитали около тысячи прибывающих со всех концов Германии наркоманов, превративших свое земное существование в наркотический ад. Полностью захламленный обломками мебели со свалок, порванными матрасами, тряпьем и загаженный бутылками, объедками и изорванной одеждой парк превратился в выгребную яму. По городу о парке ходила дурная слава – даже днем люди не решались пересекать его границы. Он выглядел как кишащий гадами террариум. Полиция, как могла, держала ситуацию под контролем, но когда за один год умерло 147 человек, городская администрация решилась на жесткие меры.

Полиция не могла ничего исправить своими силами – требовалось участие органов юстиции, социальных органов, служб принудительного лечения, психологов, служб по надзору за порядком в городе, департамента по утилизации мусора. Город начал активно действовать после того, как в конце 80-х прошлого столетия Европейский Центральный банк сообщил, что в начале 90-х собирается подписывать договор об открытии во Франкфурте главного филиала. Наблюдательный совет банка, изучив социально-экономическое положение в городе, заявил: банк безвозмездно предоставляет финансовые средства для безотлагательной ликвидации из центра лежбища наркоманов – и городская администрация принимает меры. Либо банк переезжает в Париж.

После такого ультиматума город пошел на кардинальные меры. Четыре первые персоны города – обер-бургомистр Вольфрам Брюк, вице-президент главного полицейского управления Петер Фрерикс, генеральный прокурор др. Харальд Кёрнер, управляющая франкфуртским департаментом здравоохранения Маргаретте Нимш собрались на экстренном совещании, чтобы срочно найти действенное и безотлагательное решение. Тогда же была организована первая во Франкфурте служба по превентивной работе с населением и оказанию консультативной помощи наркозависимым элементам.

© Syda Productions - AdobeStock

Любое следствие является порождением причины

За две недели парк был полностью очищен, перестроен и подвергся глобальной дезинфекции. Весь хлам был сожжен, а городским службам по озеленению пришлось перестелить весь дерн и засеять его травой. Парк практически был разбит заново – посажены молодые деревья, поставлены клумбы, пешеходные дорожки засыпаны гравием, расставлены скамейки для отдыхающих и урны для мусора в надежде на законопослушных граждан. Пришлых наркоманов по возможности отправили назад, беспаспортных распределили по приемникам, больных – по клиникам, преступных элементов – по учреждениям строгого режима. Центру города постепенно возвращали его исторический вид.

Но генеральный прокурор Франкфурта посчитал принятые меры недостаточными. Если алкоголизм признан в Германии заболеванием, а не распущенностью, то против наркомании, так и не введенной в законодательные рамки, нужно что-то срочно предпринять. Издержки порока отражаются не только на здоровье и благополучии граждан, но и не лучшим образом дополняя городской интерьер – там и тут валялись использованные шприцы, а разбросанные по детским площадкам и кустам шприцы представляли собой чуть ли ни наглядную агитацию приобщения к страшному пороку. И по-прежнему главная проблема оставалась нерешенной – легкий доступ к наркотикам по дешевой цене.

На этом этапе перед администрацией города вставала трудно разрешимая задача, к которой пришлось подключать федеральную полицию. С 1945 по 2005 годы регион Рейн-Майн был опорной базой ВВС США, поскольку Франкфуртский аэропорт, крупнейший в Европе, оказался очень кстати. Не было ни одного городского района, где бы ни находились американские казармы. Имевшие право свободного доступа в город американские солдаты представляли собой один из источников дешевых и доступных наркотиков. А статус Франкфурта как международного узлового пересадочного пункта на перекрестье множества воздушных линий и двух магистральных автобанов А3 и А5 превратили город не только в центр туризма, но и в криминальный центр чуть ли ни всей Европы.

© david hughes - AdobeStock

Ликвидация подполья

С открытием во Франкфурте главного филиала ЕЦБ город стал превращаться в банковскую метрополию, в которой на сегодняшний день расположены филиалы 400 банков мира. При этом сам мегаполис расположен на весьма ограниченной по площади территории с невероятно высокой плотностью населения. Последняя перепись показала – из ежедневно пребывающих, в городе более 2,5 млн человек, официально зарегистрированы лишь 750 тыс. Такой парадокс и позволяет наркозависимым элементам затеряться в толпе.

В конце 90-х во Франкфурте появились официальные и тесно сотрудничающие с полицией центры по оказанию посильной помощи наркозависимым людям. Этой акцией полиция пыталась вытащить криминальный бизнес из подполья и начать борьбу с притонами и нелегальными приютами, которые были, по сути, главными источниками распространения наркотиков. Полиция рассчитывала выйти на ряд крупных наркодилеров, организовавших во Франкфурте целые наркосети. С завершением американской миссии полиция прочесала всю местность, выводя на поверхность скрытые от глаз непосвященного пункты продажи наркопрепаратов.

Город перестроил бывшие казармы, модернизировал и вывел на современный уровень продаж, сразу же обнажив десятки спрятанных во дворах притонов, но главное – в сети полиции попали дилеры, утратившие точки опоры.

Только за последний год в четырех центрах были зарегистрированы 200 тыс. обращений. А теперь представьте все это количество рассредоточенным в черте ограниченного по площади, но густо заселенного города. Я не буду вам рассказывать обо всех ужасах, поведанных мне моим собеседником, но до основания вспомогательных центров средняя продолжительность жизни наркоманов составляла не более 25 лет, сейчас она повысилась до 50 лет. По сравнению с концом 80-х число тяжело наркозависимых сократились с 10 тыс. до 5, а смертность со 147 человек в год понизилась до 22. Но все это не означает, что пошла на спад сама наркопреступность.

Наркотики вне компромиссов

Голландия является одним из легальных каналов поступления наркотиков в Германию. Мнимая свобода превращает адекватных людей в преступников – немецкая семья проводит уикенд в Голландии, а на обратном пути у главы семейства обнаруживают в машине два кило кокаина. Северная Африка, Испания, Турция, Южная Америка, Балканы – все это известные наркотрафики.

Каждая из трех структур юстиции – полиция, прокуратура и суд – обладают в Германии процессуальным суверенитетом, и ни одна из них не может повлиять на решение другой. Для полиции (в отличие от решения гуманного суда) человек, у которого обнаружили при себе даже один грамм наркотиков, сразу попадает под следствие. Потребитель или дилер – выяснять будут позже, а пока: «Следуйте за нами!». Германия осталась практически единственной страной в Европе, где полиция в этом вопросе не идет ни на какие компромиссы. В отличие от Германии, где правоохранительные и следственные органы требуют у суда применения статьи УК в соответствии с составом преступления (Legalitätsprinzip), в Голландии и Португалии, где потребление наркотиков приравнивается к административному правонарушению – неправильной парковке, прокурор и суд имеют право принятия личного решения в зависимости от обстоятельств (Opportunitätsprinzip).

Сложность доказательства продаж заключается для немецкой полиции в том, что дилер нуждается в покупателе, т.к. продажа и личное потребление проходят по разным статьям УК. И если адвокат скажет, что обнаруженные у подследственного 75 пакетиков по грамму в каждом приобретены им лично для себя, у полиции нет иного выхода, как требовать у суда продления срока следствия для дальнейшего расследования. Пока не найдут покупателя – преступление пойдет по иной статье. Судья предупредит дилера об ответственности за дачу ложных показаний, посоветует обратиться за помощью к наркологу и… поставит на вид. Возможно даже, ему оставят шесть необходимых граммов. А полиция с новыми силами кинется на поиски всей цепочки. И самое страшное — пока полиция ищет следы покупателей, отпущенный судом дилер успеет через запасные каналы приобрести еще пару сотен пакетиков и быстро сбыть с рук кому угодно – хоть несовершеннолетним.

Чтобы увеличить собственную прибыль, дилеры добавляют в наркотик все что угодно — от парацетамола до кофеина, увеличивая вес и объем продаж. Состав с семью процентами героина и 93 процентами яда приводит к смертельному исходу. Но пока не найден покупатель, дилер злоупотребляет дырками в законе. Продажа лишь крэк-кокаина приносит в привокзальном квартале 80 дилерам четыре миллиона евро в месяц – примерно по 50 тыс. каждому. Разбавляя их ядом, они получают уже по 60 тыс. евро в месяц. Они продают не контрафакт и не антиквариат с блошиных рынков. Они продают смерть.

Не так давно полиция вела в разработке с разрешением к прослушиванию телефонных разговоров некую жертву разрушенной экономики из Марокко.

  • Мама, у меня все нормально. Торговля на Таунус-штрассе идет хорошо.
  • Будь осторожен, сынок! Тебя может обнаружить полиция.
  • Мама, будь спокойна! В Германии мне ничего не угрожает. Нравится ли тебе автомобиль, что я тебе отправил?
  • 6 БМВ? Ты можешь забрать его назад. Я уже купила себе другой автомобиль.

Несчастный проситель политического убежища в ожидании решения решил пока подработать, поскольку он не имеет официального разрешения на работу. А если бы и имел, пошел бы убирать улицы за 12 евро в час?.. И даже если бы он и ему подобные работали по-черному, но занимались признанной с точки зрения нравственности деятельностью, они не были бы так страшны и опасны для общества. В общежитии для азюлянтов в Мюльхайме проживают 400 беженцев, которые не знают, чем им заняться. Но зачем им учиться и прилагать усилия к интеграции, если кругом сплошные соблазны: «Тебе стоит лишь влиться в сеть наркодилеров – и рекламная роскошь у тебя в кармане!».

В наши дни нет ни одной школы в Германии без проблем с приобщением учеников старших классов к теме наркотиков. Подростки в пубертатном возрасте, познавая мир через свободные источники информации с навязанными идеалами и ложными целями, опытным путем пробуют границы допустимого. Но чем престижнее школа, тем меньше информации доходит до общества – школа не хочет приобрести плохую репутацию, лишиться престижных родителей и потерять государственные инвестиции. Поэтому, чем больше мы освещаем тему борьбы с наркомафией и профилактики наркомании, тем больше шансов уберечь от гибели еще не выбравших себе в жизни дорогу детей.

Архив

Anzeige

Anzeige

Присоединяйся!