Будни немецкой полиции

Автор:

В номере: 2019

S-1

Еще несколько лет назад при виде полицейского патруля или звуках полицейской сирены мы были уверены: «Моя полиция меня бережет!». Прошло несколько лет. В жизнь некогда стабильной Германии вошли явления, менее всего характерные для урегулированного немецкого общества — взломы и грабежи, ограбления на улицах и в транспорте, теракты, чуть ли не ежедневное насилие.

Начиная с вечера пятницы и до утра понедельника большие города Германии превращаются в полигон для проведения служебных полицейских операций по защите граждан от произвола криминальных элементов и беспредела преступных группировок. Но удается ли полицейским отвечать поставленным перед ними задачам, если сам орган исполнительной власти испытывает трудности с персоналом, выезды на задания становятся все сложнее, уровень преступности выше, а стиль преступлений все изощреннее? В одном только Гессене полицейские органы не досчитываются минимум 15 тыс. служащих.

На одном из мероприятий, организованных на эту тему всемирно известным исследовательским фондом Фридрих-Эберт-Штифтунг (Friedrich-Ebert-Stiftung), с докладом выступил профессор социальной педагогики, доктор Ульрих Ванер (Prof. Dr. Ulrich Wagner). Он много лет возглавляет в университете Марбурга центр исследования психологии общества при социально-политических конфликтах. Доктор Ульрих Вагнер наглядно продемонстрировал существенные проблемы в работе правоохранительных органов Германии, обосновав теоретические положения реальными доказательствами.

 S-3

«Wir haben keine Kapazität»

Нынче именно так отвечает пресс-атташе любого правоохранительного органа на запрос о проведении интервью. Каждый день что-либо происходит, что требует мгновенного прибытия  на место происшествия большого количества оперативных сотрудников, превышающего по численности имеющийся в наличии свободный состав. И приходится ждать неделями, пока хотя бы один на данный момент свободный служащий полиции сможет провести блиц-интервью, проливающее свет на нередко очень сложные и запутанные вопросы. Дошло до того, что во Франкфурте  среди бела дня трое вооруженных злоумышленников совершили попытку ограбления филиала одного из банков, расположенного напротив выхода из Центрального вокзала. Вся социально-активная деятельность в квартале была полностью парализована – остановлено движение как городского транспорта, так и поездов ближнего и дальнего следования, перекрыты пешеходные зоны, прекращена на время городская жизнь. Остается лишь догадываться о сумме ущерба, нанесенного городу в эти несколько часов.

Не меньше двух лет тянувшийся в Бундестаге спор: «Хватает ли 270.000 полицейских в масштабе государства для исполнения служебных обязанностей», стал неотъемлемой частью политической жизни государства. Один за другим политики открывают острые дебаты о повышении численности полицейского состава, о расширении ареала патрулирования, об ужесточении штрафов. В Баварии земельный парламент принял новый закон, усиливающий служебные полномочия полиции и, как считают судебные органы, должен стать примером для других земель. Но как опасаются юристы, предоставление дополнительных полномочий скажется негативно на свободе жителей — возможно новый закон приведет к ограничению прав граждан, когда каждого можно привлечь к расследованию и сделать предметом слежки.

И все же, страх перед растущим насилием, повышением уровня преступности и набирающим обороты терроризмом перевесил беспокойство за смещение правового паритета. Рост беззакония и влияния мафиозных кланов на государственные инфраструктуры победили сомнения в злоупотреблении государством полицейской властью. Не было еще выходных, когда бы в городское полицейское управление мегаполисов не поступали сводки об очередных беспорядках с футбольных матчей — нынче на каждой игре в лиге присутствует полиция. Любые фестивали, а теперь и Рождественские ярмарки должны охраняться патрульными машинами, а иной раз и бронетранспортерами. Участившиеся беспорядки и ставшие не редкими случаи насилия и теракты, несмотря на бесперебойное патрулирование полицейских, вызывают в народе разговоры о недостаточной, а подчас и плохой работе полиции. На деле же дефицит служащих полиции привел к тому, что наличный состав не справляется с прямыми обязанностями и не успевает следить за  безопасностью на всех подведомственных территориях. В результате дебаты перетекли в разговоры, что служащие полиции сами должны решать вопросы реорганизации своих служебных структур.

Поиск ответов на пока риторические вопросы привел в Бундестаг, где на недавно прошедшем заседании министр внутренних дел ФРГ Хорст Зеехофер победно отчитался о падении роста организованной преступности – аж на целых 10 процентов. В частности, по его словам, резко пошла вниз кривая нелегальной иммиграции. Федеральная полиция уже собиралась рапортовать о достигнутых успехах, но тут выяснилось, что на спад нелегальной иммиграции повлияла смена статуса — вчерашние нелегалы превратились в сегодняшних беженцев и теперь проникают в страну не тайно и униженно, а с гордо поднятой головой и уверенностью в своём праве.

Вместе с успехами «по предотвращению нелегальной иммиграции» сразу же улучшились показатели по борьбе с иностранной преступностью и практически исчезло нелегальное пребывание. Вчерашние нелегалы превратились в просителей политического убежища – теперь их не ловят и депортируют, а чествуют и окружают вниманием и заботой.

Остальная статистика по борьбе с правонарушениями и преступлениями не столь однозначна. Карманные и магазинные кражи по сравнению с 2016-го по 2017 год сократились на 11,8 процентов, наркопреступность пропорционально «снижению въезда нелегалов» выросла на 9,2 процента, детская порнография превысила показатели на 14,5 процентов. Семейное и уличное насилие остались на прежнем уровне. И хотя статистические данные на первый взгляд ясные, криминалисты предупреждают об их непрозрачности. Из-за недостатка полицейских мелкие населенные пункты остаются без должного внимания правоохранительных органов. В результате в полицейскую сеть попадают лишь крупные рыбы, а вся мелкая рыбешка — велосипедные воры, мелкие уличные мошенники и карманные воришки, спекулянты по перепродаже краденого, водители без прав и безбилетники в городском транспорте, а также правонарушители на дорогах проскальзывают сквозь неплотно натянутую сеть и уходят на дно.

S-2

Насилие как метод противостояния власти

Все чаще прокатываются по Германии волны политических демонстраций и митингов с идеологическими требованиями, противоречащими интересам жителей и граждан страны. Массовые беспорядки, произошедшие во Франкфурте 18 марта 2014 года при открытии нового здания ЕЦБ, сопровождались таким мракобесием, что нанесенный земле ущерб, не говоря уже о 82 тяжело раненных полицейских, вряд ли можно соотнести с демократией. Заранее подготовленные полицейские подразделения, прибывшие не только из Гессена, но и из других земель, пытались остановить разбушевавшихся борцов за свободу и независимость, но тяжелых последствий избежать не удалось.

Полиция была наготове всевозможных эксцессов, но подобного масштаба разрушений, материального и физического ущерба вкупе с бессмысленной яростью «повстанцев» силой четырех тысяч человек не предвидел никто. Зачем в знак протеста поджигать полицейские автомобили, крушить витрины магазинов, выворачивать булыжники из мостовой и кидаться камнями в головы полицейских? Полиция изъяла у зачинщиков запрещенные к применению на демонстрациях и митингах зажигательные смеси, металлические прутья, ножи.

Вызывают нешуточное беспокойство частые политические акции право настроенных элементов. Хотя полиция наделена полномочиями к немедленному прекращению политического мероприятия, если оно сопровождается беспорядками и провокациями, активисты не желают подчиняться органу исполнительной власти. Нередко оппозиционные выступления левых еще более враждебны, чем идеологическая позиция правых. Участники акций протеста кидаются камнями, бутылками и даже нападают на полицию. В процессе акций PEGIDA  только за один год во Франкфурте пострадали 58 полицейских.

Нападения беженцев на полицию стали рядовым явлением. Лагеря с временным размещением мигрантов, ожидающих решения по присвоению статуса политического беженца, охраняются в усиленном режиме. 25 мая 2018 года в баварском городе Еллванген 150 жителей приемного лагеря напали на четверых полицейских, прибывших для приведения в исполнение требования к депортации. Полицейские не смогли противостоять натиску разъяренной толпы мигрантов и, сняв с нарушителя наручники, были вынуждены его отпустить. Нарушитель скрылся с места происшествия.

Отношение граждан к полиции

Отсутствие уважения к полиции, рост насилия и нападение на сотрудников правоохранительных органов – так нынче выглядит работа полицейских. И если в 2014 году насчитывалось 660 подобных инцидентов, 2017 год характеризуется трехкратным увеличением. Обстоятельства нападения различны – как нежелание отвечать требованиям полиции, так и по собственной инициативе. Нападения совсем не безобидны – от нанесения побоев до применения огнестрельного и холодного оружия. Поэтому наличие оружия и бронежилетов у полицейского при исполнении — не только служебная инструкция, но еще и вынужденная необходимость. В лице полиции, являющейся инструментом государственной власти, маргиналы видят монополию насилия, ограничивающую их свободу и право на самовыражение.

В последние годы образовалась общность мизантропов, не принимающих для себя социум как социальную структуру, отрицающих государство как форму правления, презирающих власть, исповедующих экстремистские настроения, относящихся к представителям власти как к вещи. Человек в униформе в их глазах – это власть, которую они ненавидят. Нападению подвергались даже пожарные подразделения: человек, облаченный в форму, — их личный враг. По их убеждению полицейский – это изживший себя атрибут власти. «Бык» — единственный эпитет, которого удостаивается полиция в подобной среде. Несмотря на всю свою внутреннюю свободу и жажду независимости, ими не учитывается важный аспект: пока они проживают на территории государства, благами которого пользуются и под защитой которого находятся, они несут ответственность, в том числе – уголовную, за любое совершенное ими правонарушение или преступление.

Архив

Anzeige

Anzeige

Присоединяйся!