Магический огонь в Могадишо

Автор:

В номере: 2019

© PerErik - Fotolia.com

1977 год вошёл в историю как Германии, так и всей Европы под именем «Немецкая осень», заимствованным из документального фильма о событиях той поры. Эта затянувшаяся «Осень» была богата многими чрезвычайными, жестокими и кровавыми событиями, одним из которых стал захват террористами воздушного лайнера компании Lufthansa.

Одиссея «Ландсхута»

Захват осуществила группа палестинских террористов. Произошло это 13 октября. Террористы потребовали выпустить из тюрьмы 10 арестованных руководителей РАФ (действующей в Германии левоэкстремистской организации, называвшей себя «Фракция Красной Армии») и плюс к этому — выкуп в 100 тыс. марок. В руках террористов оказался Боинг 737, имеющий собственное имя «Ландсхут». Экипаж лайнера состоял из двух пилотов: командира воздушного судна — 37-летнего Юргена Шумана и второго пилота — Юргена Фитора. До прихода в гражданскую авиацию оба были военными лётчиками. В салоне пассажиров опекали три стюардессы.

В тот день «Ландсхут» выполнял обычный пассажирский рейс с Майорки во Франкфурт-на-Майне с 86 пассажирами на борту. В 11.00 лайнер поднялся в воздух и взял курс на север. После вылета прошло только 40 минут, когда в кабину ворвался вооружённый пистолетом мужчина, объявивший пилотам, что лайнер захвачен. Юргена Фитора он принудил перейти из пилотской кабины в салон. Захватчиков было четверо — двое мужчин и две женщины. Они называли себя «диверсантами мученицы Халимы» — в честь действовавшей под этим псевдонимом немецкой террористки Бригитты Кульманн, убитой годом ранее в Уганде израильским спецназом при освобождении заложников с французского лайнера.

Пронести на борт оружие «диверсанты» сумели в косметических наборах. На вооружении у них было 2 пистолета, 4 ручные гранаты и пластиковая полукилограммовая бомба. Главарь террористов, называвший себя Махмуд, потребовал лететь на Кипр, но его убедили, что запаса топлива на борту недостаточно и требуется дозаправка. Повернув на восток, в 15.45 «Ландсхут» приземлился в аэропорту  Рима. Здесь террористы выдвинули дополнительные требования: освободить теперь уже из турецкой тюрьмы двух палестинцев. Кроме того — выкуп в 15 млн. долларов.

Итальянскому министру внутренних дел позвонил его коллега из ФРГ и попросил принять любые меры, чтобы не дать возможности террористам покинуть Рим. Однако итальянские власти, решив, что лучше с палестинцами не связываться, дозаправили и выпустили самолёт. Перед этим Махмуд разрешил второму пилоту Фитору вернуться в кабину и взять управление на себя. Тот по требованию захватчиков, не запрашивая разрешения у диспетчера, вырулил на полосу и в 17.50 поднял машину в воздух.

В 20.30 лайнер приземлился на Кипре в аэропорту Ларнака. Спустя час туда прибыл представитель организации освобождения Палестины (ООП), который по радио тщетно пытался уговорить Махмуда отпустить заложников. Самолёт вновь дозаправили, после чего его командир запросил разрешения на вылет в Бейрут. Однако ему сообщили, что аэропорт Бейрута закрыт и заблокирован. Тем не менее, в 22.50 самолёт из Ларнаки вылетел.

После того как самолёт отказались принимать Бейрут, Дамаск, Амман и Эль-Кувейт, он взял курс на Манаму (Бахрейн), но и там диспетчер не давал посадку. Однако топлива на борту было явно недостаточно для продолжения полёта, поэтому, игнорируя команды диспетчера, командир Шуман включил систему автоматической посадки, и в 2 часа ночи уже 14 октября посадил лайнер в аэропорту Манамы, который покинул через 2 часа после очередного пополнения баков.

Следующей остановкой был Дубай (Объединённые Арабские Эмираты), где самолёт провёл более двух суток. По требованию захватчиков на борт передали продукты, воду и лекарства. Передавая требования террористов, командир самолёта зашифрованной фразой сообщил диспетчеру, что захватчиков четверо: двое мужчин и две женщины. Позже при общении с прессой министр обороны ОАЭ шейх Мохаммед опрометчиво поведал это журналистам. Узнав об этом, вероятно, по радио, главарь террористов сказал Юргену Шуману, что убьёт его. Затем он стал требовать выполнения их требований или дозаправки самолёта, в противном случае начнётся расстрел заложников. Но немецкие власти отказывались выполнять требования террористов, намереваясь освободить самолёт, для чего в Дубай прибыла группа спецназа.

Министр внутренних дел ФРГ запросил у властей ОАЭ разрешение задействовать свой спецназ и уже получил согласие. Но затем власти  Эмиратов приняли решение пойти на уступки захватчикам. После дозаправки, в 15 часов 16 октября «Ландсхут» вылетел из Дубая в Маскат (Оман). Но Маскат отказался принимать захваченный лайнер. Также запретили ему посадку и в Адене, где обе полосы были заблокированы тяжёлой аэродромной техникой. Однако запас горючего был на исходе, и экипаж, не имея иного выбора, совершил посадку прямо на песок между двумя посадочными полосами.

Йеменские власти требовали поскорее покинуть Аден, но экипаж высказал опасение по поводу состояния машины после внештатной посадки. Шуман объяснил Махмуду, что требуется осмотр шасси и двигателей, после чего был выпущен из самолёта. Осмотр затянулся, а когда пилот поднялся на борт, взбешённый Махмуд, выстрелом в голову, убил его. После дозаправки, ночью 17 октября самолёт, пилотируемый Юргеном Фитором, вылетел из Адена к своей последней остановке в Могадишо (Сомали), где и приземлился в 6.30 утра. После посадки террористы выбросили из самолёта тело убитого командира лайнера, а второму пилоту сказали, что он может покинуть самолёт, поскольку они больше никуда лететь не собираются. Однако Фитор отказался уходить, предпочтя остаться на борту и разделить общую со всеми судьбу. Далее захватчики выдвинули ультиматум: выполнить их требования до 16.00, в противном случае самолёт с людьми будет взорван.

Штурм

Когда первое сообщение об угоне «Ландсхута» ушло в эфир, его услышал и Ахмед Дахир, инспектор по безопасности полетов в аэропорту Могадишо. Теперь он внимательно следил за перемещением захваченного самолёта. Его не оставляло предчувствие, что угонщики рано или поздно появятся в его порту: было видно – они ищут страну, которая бы дала им пристанище. Никто их не принял, а ближайшей страной оставалась Сомали, правительство которой было благосклонно к палестинцам. Когда в аэропорту неожиданно приземлился и подрулил к терминалу лайнер, находившийся в контрольной башне Дахир послал к самолету сотрудника, чтобы выяснить, что надо прибывшим. Оказалось, нужна радиосвязь, которая была предоставлена.

Предвидя, что немцы собираются штурмовать захваченный лайнер, Дахир старался как можно дольше тянуть переговоры с Махмудом. Пока он вел свою игру, из Саудовской Аравии вылетела группа немецкого спецназа, а из Бонна прибыл представитель МИДа, подключившийся к переговорам с главарём террористов. Дахир, контролируя собственные эмоции, вел разговор с Махмудом чрезвычайно выдержанно, обращаясь к нему не иначе как «Сэр». Тот тоже был вежлив, не зная имени инспектора, называл его «Мистер Башня». Тем временем обстановка в лайнере накалялась, время ультиматума иссякало, счет пошел на минуты. Угонщики подготовили самолёт к взрыву. Дахир просил: «Дайте еще полчаса, самолет с освобожденными бойцами РАФ вылетел из Германии в 19.20 и вот-вот прибудет сюда». То была ложь, но 23-летний Махмуд настолько проникся уважением к Дахиру, говорившему с ним то по-английски, то на родном арабском, что поверил. Но в аэропорт Могадишо прибыл совсем другой самолёт. На его борту находилась группа из 30 бойцов немецкого спецназа.

По первоначальному плану, они должны были прибыть в соседнюю с Сомали страну — Джибути и только после получения одобрения от сомалийских властей на автомобилях добраться до Могадишо. Однако пока они летели над Эфиопией, немецкие и сомалийские власти успели договориться (немцы посулили за помощь — поставки вооружения), и самолёт с группой захвата был направлен прямо в Могадишо.

Конечно, прибытие немецкого спецназа должно было быть тайным, но оказалось, что радио-переговоры немцев достаточно долго прослушивал израильский радио-«слухач» и тележурналист Михаэль Гурдус. Он неверно понял время начала штурма и передал информацию преждевременно, из-за чего уже в 21.00 новостные агентства сообщили, что в аэропорт направляется антитеррористическая бригада. Когда канцлер Шмидт узнал об этом, он назвал Гурдуса «гигантской задницей». К счастью, террористы в тот момент радио не слушали, и сообщение Гурдуса ни на что не повлияло.

Немедленно по прибытии спецназовцев началась подготовка к операции «Магический огонь» — штурму «Ландсхута». Бойцы, облачённые в чёрные комбинезоны, с закрашенными чёрной краской лицами с оружием и лёгкими штурмовыми лестницами в руках бесшумно окружили самолёт. Перед началом штурма служба безопасности аэропорта с целью отвлечь внимание угонщиков засветила на некотором отдалении от лайнера яркие огни. Дахир успокоил Махмуда, что это отмечают какой-то праздник. В 2.05 ночи перед самым носом лайнера были взорваны две световые гранаты, магическим светом ослепившие террористов. Одновременно через переднюю дверь и аварийные выходы с крыльев в самолет ворвались спецназовцы. Через 7 минут все было кончено: трое угонщиков были убиты, в живых осталась одна 22-летняя террористка. Один спецназовец и одна пассажирка получили ранения. В 2.12 канцлеру Шмидту была отправлена телеграмма, что все заложники эвакуированы. Всего самолёт с пассажирами и экипажем находился в руках террористов 106 с небольшим часов.

Финал

Утром следующего дня главари РАФ Баадер, Энсслин и Распе были найдены мёртвыми в своих камерах – по версии тюремного начальства покончили жизнь самоубийством.

Командир «Ландсхута» Юрген Шуман был посмертно награждён орденом «За заслуги перед Федеративной Республикой Германия» 1-й степени. Этим же орденом был награждён и второй пилот Юрген Фитор. Однако в 2008 году Фитор вернул награду правительству в знак протеста против освобождения из заключения Кристиана Клара — одного из ведущих террористов РАФ.

История угона «Ландсхута» нашла отражение в документальном фильме «Смертельная игра», а также в художественном — «Комплекс Баадера — Майнхоф». В 2008 году вышел телевизионный триллер «Могадишо», целиком посвящённый операции «Магический свет». А многострадальный «Ландсхут» после ремонта был продан и ещё много лет эксплуатировался компаниями  США, Индонезии и ряда других стран. Отлетав своё, он был выкуплен Германией и в 2008 году передан музею авиации в Фридрихсхафене. В торжественном мероприятии  принимали участие второй пилот лайнера Юрген Фитор и бывшая стюардесса того приснопамятного рейса Габриэла фон Луцау.

Через 20 лет после описанных событий руководство РАФ отправило в полицию официальное письмо о самороспуске, сопроводив его списком своих погибших бойцов и закончив цитатой из Розы Люксембург: «Революция говорит: «Я была, есть и буду продолжаться»».  Однако жить в Германии стало спокойнее.

Архив

Anzeige

Anzeige

Присоединяйся!