Не только друг, но и верный помощник

Автор:

В номере: 2019

© Africa Studio - Fotolia.com

Впервые собаки-спасатели появились в Германии во время Первой мировой войны. Из-за недостатка санитарных служб к поиску раненых и погибших на полях сражений привлекали собак специальных пород — бескорыстные четвероногие помощники легко поддавались обучению и безотказно помогали людям. Но, как выяснилось позже, привязавшись к своим подопечным — именно так воспринимали помощники на четырех лапах потерявших на войне зрение, собаки смогли оказывать поддержку беспомощным людям уже и в быту.

Идея получила признание, и 12 мая 1920 года закон о предоставлении государственной помощи инвалидам был дополнен параграфом §5 частью 6 (Reichsversorgungsgesetz § 5 Abs. 6), где отмечалось право инвалидов, потерявших на войне зрение, получить собаку-поводыря за счет государственного вспоможения. Но, как известно, иметь права и их реализовать – совсем не одно и то же.

Прошли годы, ситуация отчасти изменилась. Но на сегодняшний день в Германии зарегистрировано всего лишь 40 школ для собак-поводырей, а на службе у населения находятся не более двух с половиной тысяч четвероногих друзей. Из 150 тыс. инвалидов по зрению не более двум процентам выпало счастье иметь в качестве безотказного помощника преданного четвероногого друга. О неизбежных сложностях, от бытовых до финансовых, возникающих в работе предприятия, мне поведал Андреас Коль (Andreas Kohl), владелец единственной в Гессене лицензированной школы для собак-поводырей, расположенной в маленьком сказочном городке Бад-Кёниг.

S-1

Человек на службе у бюрократии

В 2010 году супруги Андреас и Таня Коль (Andreas und Tanja Kohl) успешно окончили тренерский курс по обучению собак-поводырей. Зная, какие трудности ожидают будущих тренеров собак на их профессиональном пути, устроители курсов пошли на компромисс с бюрократической системой. После длительных споров в процесс обучения кроме воспитания у собаки навыков поводыря (Закон о критериях качества от 19 мая 1993 года — Qualitätskriterien), в соответствии с кодексом о защите прав животных (Tierschutzgesetz) ввели элементы кинологии.

Не располагая на тот момент полноценными знаниями успешного общения с представителями буквы закона, семье пришлось на первых порах перенимать опыт у школ в других землях. Но настоящим камнем преткновения стал Союз государственных больничных касс – без  его разрешения на основании параграфа 126 Пятого Кодекса социального страхования «Применение соответствующих госстандарту и подтвержденных государством вспомогательных медицинских средств», полноценная работа не представлялась возможной. Согласно официальному постановлению, собака-поводырь – высоко организованное существо, преданный и верный друг – внесена в реестр медицинских касс не иначе как «вспомогательное средство» и стоит в одном ряду с инвалидной техникой и инвентарем. Парадокс? Реальность!

Дальнейшие трудности заключались в поиске подходящего для школы места. Кто же разрешит открывать заведение по специальному обучению собак в черте города — для работы нужна  обширная тренировочная площадка вроде приближенного к реальным условиям полигона.

Школы для собак поводырей, как правило, являются семейным предприятием – воспитание и обучение протекает успешно только в слаженной команде соратников и единомышленников, понимающих друг друга с полуслова и полувзгляда. Важен не столь деловой, сколько душевный контакт: умение быть с четвероногими воспитанниками на одной волне и воспринимать их равными себе. «Собака – член семьи» — только на таких условиях можно воспитать и обучить настоящего помощника, верного друга и надежную опору, особенно для слепого человека, являющегося в понимании собаки «нуждающимся в  поддержке».

S-2

Страх перед зависимостью от социума

Инвалид – человек, в силу жизненных обстоятельств обделенный не только возможностями, но и полноценным по сравнению с другими людьми богатством впечатлений, разнообразием эмоциональных ощущений и, что самое главное, душевным спокойствием. И даже в Германии —  государстве с самой совершенной системой социальной защищенности граждан, инвалид вынужден считаться с графиком работы патронажного персонала, настроением опекуна и на каждом шагу сталкиваться с формализмом. Отсутствие полноценных контактов и возможности распоряжаться собой по своему усмотрению и на своих условиях, не выражая ежеминутной благодарности помощнику и не восхищаясь его самоотверженностью, угнетает намного больше, чем сама инвалидность и неизбежное смирение с «ущербностью».

Одиночество, недостаток искренности и налет служебного долга при общении с окружающими вносят в душу отчаяние. Осознание несамостоятельности вынуждает инвалида обращаться к личности, которая не будет ежеминутно напоминать о «неполноценности», не будет давить плохо замаскированным превосходством, а поможет создать иллюзию независимости от окружающих. Собака – и есть та самая личность, верный и бескорыстный друг, помогающий человеку без оглядки на время дня и собственный общественный статус, не декларирующий личную значимость и не требующий перманентной благодарности. Человек доверяет собаке безоговорочно, собака принимает условия отношений и всей своей сутью отвечает за последствия. Поэтому успех тренировок возможен только при честном отношении к собаке, приложении громадных душевных усилий, терпении, любви и постоянной работе без ограничения времени — столько, сколько нужно. И собаки отвечают такой же преданностью и любовью, не знающей границ.

Речь идет не о дрессировке служебной собаки, а о воспитании для беспомощного человека друга, который станет частью его жизни. Он доверяет собаке не за ее экстерьерные качества, а потому, что она та самая, единственная и неповторимая, с которой установлен тонкий психологический контакт.

Наследственные особенности поведения в породе

На основе многолетних наблюдений установлено, что из всех пород к работе наиболее подходят лабрадор, ретривер, немецкая овчарка и королевский пудель. Собаки этих пород покладистые, необычайно контактные, организованные, послушные, способные к обучению и мгновенно реагирующие на любой человеческий посыл. Им свойственны даже такие качества, как собранность, ответственность и, как ни странно, сочувствие. Основная же сложность заключается, как полагают многие, не в обучении, а в поиске каждому инвалиду подходящей только ему собаки. Поэтому владельцы школ устанавливают постоянный контакт с определенными и уже знающими цели заводчиками. Школа приобретает породистых, с хорошей родословной и ярко выраженной наследственностью щенков, а значит, с предсказуемым поведением. Критерии отбора очень строги: хорошее состояние здоровья, устойчивая нервная система и стабильная психика.

Вы же наверняка встречали на улицах инвалидов с собакой поводырем и обратили внимание на ее абсолютную уравновешенность и невозмутимость. Подумайте, каких усилий стоит такое обучение. А если собаке предстоит сопровождать подопечного инвалида в крайне неспокойной обстановке или простоять без особого движения 10-20 минут? Никто не гарантирует подходящие условия ожидания: мимо может пробежать кошка или в воздухе пронесется соблазнительный запах мяса. Да мало ли, какие соблазны или испытания выпадут на долю четвероногого поводыря. Собака не должна бояться других животных, не пугаться при звуке сирены служебного транспорта, не проявлять негативной реакции при встрече с неадекватным прохожим, не дергаться от резких звуков и всегда помнить о том, что от ее поведения зависит благополучие вверенного ей человека.

Превращение щенка в собаку

Семья Коль приступает к работе под заказ, но самому тренингу, нацеленному на взаимопонимание между конкретной собакой и конкретным человеком, предшествует личное знакомство с будущим хозяином. Профессиональный тренер обязан убедиться в готовности и расположенности ограниченного в возможностях человека к собакам и искренности его намерений в принципе. Очень непросто установить доверительный контакт и заставить и так отчаявшегося человека поверить в преданность и адекватность четвероногого друга, а тем более, если он уже испытал предательство людей.

До года щенок привыкает к жизни в условиях школы, интегрирует в социум, знакомится с другими собаками, получает начальный опыт социализации, привыкает к дисциплине и учится понимать первые команды. Непосредственный тренировочный курс начинается с годовалого возраста и длится 6-7 месяцев. Тренеры выезжают с собакой в городскую черту, на вокзалы, обязательно пользуются общественным транспортом, включая поезд, проводят много времени в публичных местах и регулярно контактируют с будущим хозяином. Примерно в возрасте полутора лет собака подлежит стерилизации. Это неизбежные издержки в судьбе поводыря – собака, находясь при исполнении 24 часа в сутки, не должна испытывать внутреннего дискомфорта и насильно подавлять свою природу. Недопустимо, чтобы встречная собака провоцировала возникновение внезапных импульсов или становилась причиной непредвиденных поступков. Собака на службе поводырем должна понимать, что она отвечает за благополучие вверенного ей человека. Но всю ответственность за возможные неудачи в работе тренеры возлагают на собственные плечи.

Обученная собака-поводырь владеет сорока командами, среди которых есть «ищи дверь», «ищи лестницу», «ищи скамейку», «ищи светофор». Собака умеет самостоятельно предупреждать хозяина о препятствиях, водить слепого по лестницам, естественным подъемам и спускам, вести хозяина по улицам, переводить через дорогу, знать заданный маршрут и возвращаться домой. Собака понимает, что рядом с ней слепой, ущемленный, неуверенный и нуждающийся в помощи человек. Что никто другой, а только она – умная, преданная, верная, не продающаяся ни за какое лакомство никогда не свернет с его пути. Как? По движениям человека, его душевному посылу, его поведению, по душевному контакту, по внутреннему голосу, по сопутствующим шумам, да просто своим собачьим чутьем. Об этом написаны тысячи трудов.

«Вспомогательное техническое средство»

Только не думайте, что обеспечение слепого собакой поводырем зависит исключительно от желания инвалида, а взаимопонимание основано на особенностях его характера. Прежде, чем строить планы на выстраивание отношений, слепой человек должен озаботиться подтверждением государственной больничной кассы. Эпопея начинается с подачи инвалидом заявления. «Я не припомню ни одного случая, — рассказывает Андреас, — когда бы касса выразила добровольное согласие».  Обычно слепому выдается отказ: «Состояние здоровья не совместимо с уходом за собакой». Некоторые смиряются, другие начинают действовать. Нанимается адвокат, вопрос обрастает горой писем, обе стороны непоколебимо стоят на своем до тех пор, пока дело не передается в суд, чаще всего, выносящий решение в пользу истца. На первую стадию уходит не менее года. Второй этап трудностей начинается при завершении обучения, когда оба — и собака, и человек сдают экзамен, практически, как на водительские права, длящийся четыре недели. Каждый день в течение экзаменационного периода семья тренеров тщательно проверяет степень взаимопонимания собаки и ее хозяина. Но окончательное решение о целесообразности и гармоничности отношений выносит эксперт, уполномоченный медицинской страховой кассой. Очень часто в их роли выступают чиновники, равнодушные к собакам и далекие от проблем инвалидов. Собаку тренируют более полугода, а потом кто-то, понаблюдав два часа, заявляет, что все неправильно и не соответствует разработанным теоретиками нормам общения. В редких случаях экзамен принимается инспектором с первого раза. Время затягивается, инвалид остается без поддержки, собака отправляется на доучивание.

После всех перипетий, принятого экзамена и подтвержденного законодательным актом вручения собаки инвалиду, связь тренеров с новым владельцем собаки не прерывается. Более того, слепому человеку оказывается постоянная помощь при возможных осложнениях с собакой. Случается, что депрессия одинокого, не нашедшего утешения в собаке тяжело больного человека, сопровождающаяся алкогольными проблемами, вынуждает школу забрать животное назад. «Приходится быть реалистичными и искать для нее новую семью, но уже на правах личного владения, — рассказывает тренер.-  Бывает иначе, больничная касса  отказывает в содержании – или инвалид  злоупотребляет финансовой помощью государства, или действительно не в состоянии далее ухаживать за собакой. Ведь в тексте закона собака отражена как «вспомогательное средство» на уровне неодушевленного предмета. Кого волнует трагедия собаки, разлученной навеки с любимым хозяином или страдания человека по поводу утраты преданного друга? Собаку мы не бросим, а судьба слепого человека уже в руках государства».

Архив

Anzeige

Anzeige

Присоединяйся!