Всемирная слава Марка Антокольского

Автор:

В номере: 2019

TASS_96848_S

Благодаря своему выдающемуся таланту всемирную известность приобрел скульптор Марк Матвеевич (Мордух Матэсович) Антокольский (1843-1902), действительный член Петербургской Академий художеств, член-корреспондент Парижской Академии, почётный член академий Вены, Берлина, Лондона и др., кавалер французского ордена Почётного легиона. Его работы отмечены высшими наградами международных выставок. А ведь родился он в бедной еврейской семье.

Трудное детство

Мордух родился 21 октября 1843 года в предместье Вильно Антоколе (отсюда и фамилия Антокольский). Он был седьмым ребёнком  в небогатой еврейской семье трактирщика. Рассказывает с горечью:  «Детство моё слишком мрачно, да так мрачно, что я с содроганием вспоминаю. Я был нелюбимым ребёнком, и мне доставалось ото всех. Кто хотел, бил меня… Я донашивал старые одежды, меня звали «истуканом»… Я справлял в семействе должность рабочей лошади».  Подросшего мальчика отдали в обучение к местным ремесленникам, в том числе к резчикам по дереву.

И вдруг – резкий поворот судьбы. Однажды, увидев репродукцию картины Ван Дейка «Христос и Богоматерь»,­ будущий скульптор вырезал её из дерева. Работа была настолько удачной, что восхищала всех, видевших её. Слух о талантливом юноше дошёл до жены виленского генерал-губернатора, известной покровительницы искусств. Она уговорила родителей отправить Мордуха учиться в Санкт-Петербург и снабдила его рекомендательным письмом.

В Академии художеств

В 1862 году Мордух, теперь Марк, Антокольский был зачислен в Академию художеств вольнослушателем в скульптурный класс. Всему приходилось учиться: он плохо знал русский, потому что дома говорили на идиш, практически не имел общего образования, имел слабую подготовку по рисунку. Но трудолюбие и талант приносили успехи. Он с удовольствием посещал скульптурный класс профессора Н.С. Пименова,  затем гравёра и скульптора И.И. Реймерса. Скоро появились товарищи – будущие передвижники: И. Репин, П. Ковалевский, К. Савицкий, В. Максимов. С Репиным они даже жили три года в одной комнате. Художник сделал  портрет скульптора в облачении для еврейской молитвы. Большое значение для Антокольского имело знакомство с выдающимся художественным и музыкальным критиком В.В. Стасовым.

Первые шаги

Через два года после начала занятий в Академии в 1864 году Антокольский представил на отчётной выставке вырезанный из дерева горельеф «Еврей-портной», за который получил Вторую серебряную медаль. На следующий год был выставлен горельеф «Еврей-скупой», удостоенный уже Первой серебряной медали. Кроме того, за эту работу автору назначили стипендию в размере 29 рублей, что было очень нелишним при его трудном материальном положении: в первые годы он получал лишь 10 рублей стипендии из кассы «вспомоществования нуждающимся евреям», учреждённой банкиром И.Г. Гинцбургом, и подрабатывал, где мог: вырезал номера на бильярдных шарах, лепил по заказу амуров из глины.

А в Академии продолжал развивать наиболее знакомую ему еврейскую тему. В 1868 году создал из дерева и воска этюды «Спор о Талмуде» и  «Натан Мудрый». Стасов с восторгом отозвался об этих работах: «Таких вещей у нас, кажется, никто ещё не пробовал делать: нашим скульпторам всё некогда было заниматься такими пустяками, как жизнь и правда». Кроме того, в 1863-1869 годах работал над композицией «Нападение инквизиции на евреев». И эту работу высоко оценил Стасов, подчеркнув, что «Антокольский пробовал и со стороны чисто художественной нечто совершенно новое и небывалое».

Однако на экзаменационной выставке именно новаторство произведения вызвали неприятие профессоров Академии. А раз работа не принята профессурой, недалеко и до отчисления, что лишило бы Антокольского законного основания для пребывания в столице. В смятении он уезжает в Берлин, где надеется  найти понимание: «Мне казалось, что там все такие учёные, так хорошо понимают искусство…». Но пребывание в течение нескольких месяцев в столице Германии показало, что и там царит консервативный академизм и неприятие новаторства.

В ноябре 1868 года Антокольский возвращается в петербургскую Академию, где заканчивает «Инквизицию…». Это была его последняя работа на еврейскую тему. Он чувствует, что оторвался от живительного источника: «Чтобы воспроизводить евреев так, как я их знаю, необходимо жить среди них…, а делать это за глаза – это то же самое, что художнику работать без натуры…». Теперь на долгое время наступил «русский период» его творчества.

TASS_4747831_S

«Иоанн Грозный»

Следующей большой работой, задуманной скульптором, было создание монументальной скульптуры для конкурса Академии. Однако принимать участие в этом конкурсе имели право лишь профессиональные художники, а Антокольский мог получить такой статус, только став почётным гражданином города. И снова крутой поворот судьбы, снова удача. Скульптор подаёт прошение в совет Академии о присвоении ему личного звания почётного гражданина города – и в апреле 1870 года получает его!

Можно работать, и несмотря на труднейшие бытовые и финансовые условия, несмотря на болезни, скульптура из глины была выполнена. Однако выставить её на конкурсе в ноябре 1870 года автор не успел. Оставалось показать работу в мастерской, но многочисленные просьбы, обращённые к профессорам Академии, посмотреть её оставались без ответа. Отчаявшийся автор предпринял невероятные усилия привлечь внимание к своему творению, закончившиеся тем, что скульптуру посмотрела  Великая княгиня Мария Николаевна, бывшая тогда президентом Академии художеств. Вслед за ней её брат император Александр II лично посетил скульптора и выразил желание приобрести бронзовую копию «Иоанна Грозного» для Эрмитажа за умопомрачительную для бедного художника сумму в 8000 рублей.

Профессора Академии поторопились исправить свою ошибку, и через четыре дня после визита императора Антокольскому было присвоено  звание академика. К тому же Академия выдала скульптору 250 рублей для завершения работы. Торжественное шествие «Иоанна Грозного» продолжалось. После того как скульптура была выставлена в Лондоне в 1872 году, Кенсингтонский музей заказал её гипсовую копию. В 1875 году был выполнен мраморный вариант для Третьяковской галереи.

«Пётр Первый»

Завершив обучение в Академии, в 1871году Антокольский  отправился в Италию. Давно уже врачи советовали ему сменить влажный и холодный климат Петербурга на южный, да и знакомство с истоками мировой культуры тогда было практически обязательно для русских художников. Здесь, в Италии, скульптор увлечённо работал над статуей Петра I, замысел которой возник ещё при создании «Иоанна Грозного».

Готовую скульптуру автор отправил в Москву на Всероссийскую политехническую выставку, состоявшуюся в 1872 году и посвящённую 200-летнему юбилею со дня рождения Петра I. Затем она была показана в Академии художеств в Петербурге. Мнения критиков и зрителей разделились, при этом большинство приняли работу как неудачу автора, как его возврат к академизму. Но бронзовый отлив скульптуры, представленный в 1878 году на Всемирной выставке в Париже, имел оглушительный успех. Тогда и в России взглянули на работу по-новому. Стасов, поначалу, как и многие, считавшие это творение Антокольского неудачей, теперь иначе оценил его: «…великолепие! Сила, могущество, порыв, жизни неизмеримая пучина». Скульптура была приобретена императором и установлена в Петергофе. Позднее её копии поставлены в Петербурге, Таганроге, Архангельске.

Римский период

В первой половине 1870-х годов Антокольский жил в Риме. Он встретил здесь своих прежних друзей и единомышленников. С В. Поленовым объездил города Италии. Свёл знакомство с известным меценатом С. Мамонтовым, стал активным участником мамонтовского кружка. Удачно складывалась личная жизнь: побывав в 1872 году на родине в Вильно, он женился по любви на Елене (Гене) Апатовой, дочери еврейского купца.

Создав образы исполинов российской истории, Антокольский резко меняет тематику своих творений. Теперь он обращается, по его определению, к «общечеловеческим идеям». Первым произведением нового направления стала композиция «Христос перед судом народа», законченная в 1876 году. Затем последовали «Мефистофель», «Смерть Сократа», «Не от мира сего». Однако временами он возвращался к русской истории: «Нестор-летописец», «Ермак», «Ярослав Мудрый».

В Париже

В 1877 году Антокольский переехал в Париж, а на следующий год представил на состоявшейся здесь Всемирной выставке свои работы,  принятые с восторгом зрителями и получившие высшую награду. Автор был награждён орденом Почётного легиона. И в последующем он много выставлялся в Париже, Вене, Мюнхене, получил немало высших наград. Но персональная выставка, организованная в 1893 году в Петербурге, потерпела провал. Автор покинул город своей юности с тяжёлым чувством обиды. А в Европе он признан: на Парижской всемирной выставке 1900 года его работы в очередной раз получили высшую награду, и скульптор – Командорский крест ордена Почётного легиона.

Последние годы Антокольский много болел, вёл затворническую жизнь. Но продолжал работать как скульптор, публиковался в журналах, написал роман из еврейской жизни «Бен-Изак». Его печатные работы и письма В. Стасов включил в сборник «Марк Матвеевич Антокольский. Его жизнь, творчество, письма и статьи», изданный в 1905 году.

Находясь на лечении на курорте Бад-Хомбург под Франкфуртом, великий скульптор скончался 26 июля 1902 года. Похоронен на еврейском Преображенском кладбище в Петербурге.

Хотя долгие годы М. Антокольский провёл во Франции и Италии, он считал себя русским художником: «Вся душа моя принадлежит той стране, где я родился… Я… глубже там дышу и более чуток ко всему, что там происходит. Вот почему, что бы я ни сделал, будет всегда результатом тех задушевных впечатлений, которыми матушка-Русь вскормила».

Архив

Anzeige

Anzeige

Присоединяйся!