Анри Матисс — во Франкфурте

Автор:

В номере: 2017

S-1

13 сентября во франкфуртском Штеделе открылась выставка, посвященная Анри Матиссу (Henri Matisse, 1869-1954) и Пьеру Боннару (Pierre Bonnard, 1867-1947), французским художникам, которых связывали долгие годы дружбы. Представлены свыше 100 работ (живописные полотна, скульптура, графика, рисунок), поступившие из музеев всего мира, в том числе из Вашингтона, Лондона, Нью-Йорка, Парижа, Петербурга, Чикаго. В связи с этим мне захотелось написать о любимом нами Матиссе. Я побывала на выставке и хочу отметить, что моя статья ни в коем случае не является ее путеводителем. Экспозиция составлена по тематическому принципу, а мой рассказ — по хронологическому: о трудном пути восхождения художника на мировой Олимп.

Человек Севера 

Так называл себя всю жизнь Анри Матисс, поскольку родился и вырос на севере Франции. 31 декабря 1869 года появился он на свет в местечке Ле-Като-Комбрези, а вырос в соседнем городке Боэн-ан-Вермандуа. Отец Эмиль Ипполит Матисс имел там лавку, мать помогала в торговле. Анри посещал начальную школу в Боэне, затем коллеж в Ле-Като и лицей в Сен-Кантене на границе с Фландрией. Наконец, пришла пора  готовиться к взрослой жизни. Продолжать родительское дело Анри категорически отказался, и в семье решили, что магазином будет со временем владеть и управлять младший сын Огюст.

А 18-летний Анри, по настоянию отца, поступил в Сорбонну на факультет права; через год вернулся и стал служить в главном адвокатском бюро в Сен-Кантене. В это время он часто и подолгу страдал болями живота, что объяснял позднее тем, что всё его существо противились тому образу жизни, которое навязывало окружение. Анри проболел почти  год, и неожиданно пришло спасение. Случилось так, что сосед по больничной палате развлекался рисованием, попробовал и Матисс. Внезапно он понял, что его призвание — живопись, и в двадцать лет увлечённо занялся её изучением.

Начало пути в искусстве

Путь этот был тернист и непрост. Сначала Анри совмещал занятия в художественной школе с работой в адвокатской конторе, но вскоре пришёл к решению продолжить художественное образование в Париже, для чего пришлось выдержать нешуточную битву с отцом. В конце концов, Анри получил разрешение на отъезд и финансовую поддержку в 100 франков в месяц. В Школу изящных искусств ему поначалу поступить не удалось, он записался в известную частную академию Жюлиана и пятого октября 1891 года начал заниматься  в классе Бугро, крупнейшего  в то время представителя классической живописи. Через год Анри перешёл в мастерскую Гюстава Моро Школы изящных искусств, где и проучился шесть лет до самой кончины мастера, до 1898 года.

S-2

Первая любовь 

Денег было немного, приходилось экономить на всём. Анри снимал маленькие квартирки совместно с товарищами. В 1893 году он делил студию вблизи бульвара Сен-Мишель со скульптором Жоржем Лоржу  и  познакомился с его натурщицей – 19-летней Каролиной Жобло, которую друзья называли Камиллой. Летом 1894 года Анри и Камилла поселились вместе, стали жить, как теперь говорят, в гражданском браке. А 31 августа того же года у них родилась дочь Маргерит.

Первый успех

В мае 1896 года в Салоне Национального общества изящных искусств, называемом также просто Салон на Марсовом поле, Матисс впервые выставил пять картин. И с успехом. Портрет «Читающая женщина» (позировала Камилла) был приобретён для резиденции президента — дворца Рамбуйе. Художник получил солидный заказ на оформление столовой богатого особняка, для чего использовал копии мастеров, выполненные им в Лувре. По окончании выставки был избран членом-корреспондентом Национального общества изящных искусств. Отец с матерью специально приехали на выставку и с радостью слушали хвалебные отзывы Моро, прочившего их сыну блестящее будущее. Было Анри тогда 26 лет.

Импрессионизм

Три лета подряд, в 1895, 1896 и 1897 годах, Матисс с Камиллой и ребёнком выезжал в Бретань, преимущественно на остров Бель-Иль в Бискайском заливе. Здесь собирались колонии молодых художников. Поначалу Матисс работал в привычной ему манере. Картины напоминали классику фламандских мастеров, которых во множестве копировали ученики Моро,  выполнены в темно-коричневой и темно-серой гамме. Такова, в частности, «Мастерская Гюстава Моро» (1895), выставленная в Салоне на Марсовом поле, в которой Матисс показал себя «мастером изображения серого».

Но на следующий год его палитра преобразилась, что определялось  знакомством в Бретани с Джоном Расселом, приверженцем импрессионистов. Под его влиянием у молодого художника пробудился интерес к чистым прозрачным тонам, к стилю импрессионизма. Моро не принял привезённые из Бретани импрессионистские поиски любимого ученика и посоветовал ему взяться за дело и написать полотно, которое бы стало итогом пяти лет обучения. Матисс приступил к работе, которую назвал «Десертный стол» или «Десерт». Они с Камиллой сервировали стол, одолжив посуду у друзей. Холодильников, понятно, тогда не было, и чтобы подольше хранились дорогие фрукты, квартиру холодной парижской зимой не отапливали, а Матисс работал в пальто и перчатках. Камилла позировала, изображала служанку, которую мы видим на полотне. Когда работа была готова, оказалось, что представляет она не итог обучения у Моро, а чистый импрессионизм.

Друзья шокированы. Вот отзыв одного из них: «Всё пошло кувырком: Матисс, мой друг, пишет теперь как импрессионист и присягает только Клоду Моне… Что думать, как на это смотреть? Ужасно!.. полная неразбериха!» Принял работу только верный Альбер Марке. Но Матисс говорил, что они с Марке «были отщепенцами в студии».

«Десертный стол» Матисс выставил  в Салоне 1897 года, но и там других оценок, кроме «Ужасно!», отец художника, специально приехавший на выставку, не услышал. Камиллу пугало, что Анри губит карьеру, размолвки между ними становились всё ожесточённее, и, наконец, привели к окончательному разрыву. А Матисс вскоре отошёл от импрессионизма, продолжая поиски своего пути в искусстве.

Амели Прайер

Анри недолго оставался в одиночестве. В январе 1898 года он женился на 25-летней Амели Прайер, дочери учителя из Тулона. Она полностью приняла творческие искания мужа. В свадебное путешествие, по её настоянию, молодожёны отправились в Лондон, где Матисс хотел увидеть картины Тёрнера, предшественника импрессионистов. Потом в поисках яркого цвета и света художник с женой устремились на юг Франции, затем на Корсику. Результатом пятимесячного пребывания в Аяччо стали 55 работ, написанных в яркой гамме. Тогда был сделан первый шаг к будущему фовизму. «Ко мне пришла, словно откровение, любовь к краскам ради них самих. Я чувствовал поднимающуюся во мне страсть к цвету», — говорил он.

В 1899 году в семье родился первенец Жан-Жерар, в 1900  — второй сын Пьер. Кроме того, молодая пара взяла на воспитание Маргерит. Содержать такую семью было непросто, картины не покупались. Удачей была продажа в 1901 году, впервые за пять последних лет,  двух натюрмортов  — за 70 и 130 франков. Амели открыла шляпный магазин, но и он большого дохода не приносил. Однако, несмотря на материальный пресс, Матисс упрямо продолжал поиски своего места в искусстве.

Поиски пути продолжаются 

Неоимпрессионизм

Новый этап  —  неоимпрессионизм, или дивизионизм, или пуантилизм (от французского «пуант» — точка). Этими терминами обозначают технику живописи, при которой сложный цвет художники разлагали на простые чистые составляющие и в виде точек наносили на полотно, полагая, что при рассмотрении эти точки сольются в нужный тон. В этой манере Матисс интенсивно работал в Сен-Тропезе летом 1904 года вместе с теоретиком неоимпрессионизма П. Синьяком и ведущим представителем  направления А. Кроссом. Так было создано знаменитое полотно «Роскошь, покой и наслаждение», которое, признав «своего», приобрёл Синьяк. Однако скоро Матисс понял, что  и это направление не его.

Фовизм

На следующий год он снова отправился на юг, на этот раз в местечко Кольюр у французско-испанской границы, которое  называют родиной фовизма, так как именно здесь художник, полностью оставив дивизионизм, начал писать в собственной новаторской манере: напряжённый энергичный мазок, яркие тона, отсутствие светотеней, объемов и перспективы. Цель – передать цветом эмоции, а не копировать натуру. Матисс говорил позднее, что тем летом с ним происходило что-то жуткое, что «цвет высвобождал в нём какую-то колдовскую энергию». В Осеннем салоне 1905 года он выставил свои новые работы вместе с единомышленниками – А. Дереном, А. Марке, М. Вламинком. Резкий колорит картин, намеренно упрощённые формы вызвали активное неприятие публики, подлинный скандал. В центре зала, где были развешены полотна, стояла скульптура мастера Возрождения Донателло.  Критик Луи Воксель воскликнул: «Донателло среди диких!» По-французски «дикие» звучит как «фов». Отсюда возникло название нового направления — «фовизм». Гвоздём выставки была «Женщина в шляпе», для которой позировала Амели. Картину, несмотря на её экстравагантность, приобрели за 500 франков американцы Лео Стайн и его сестра Гертруда, бывшая уже известной писательницей. Позднее в той же фовистской манере выполненное грандиозное полотно «Радость жизни»  выставлено в марте 1906 года в Салоне Независимых. Опять неимоверный скандал. Но ценители иного мнения. Купивший картину Лео Стайн так её характеризовал: «Это огромное полотно – наиболее значительное из всего, написанного в наши дни».

Знаменательно, что эта работа вызвала интерес русского коллекционера Сергея Ивановича Щукина и определила дальнейшее плодотворное сотрудничество собирателя и художника.

Продолжение следует.

Архив

Anzeige

Anzeige

Присоединяйся!