Новое — это хорошо забытое старое?

Автор:

В номере: 2016

© Isaxar - Fotolia.com

„Все немцы имеют право собираться мирно и без оружия, без предварительного извещения или разрешения“ – гласит первая часть восьмой главы Конституции Германии.

«Пёстрая лента»

Недавно мне случилось наблюдать реализацию такой свободы собраний в концентрированном виде. Я подрабатывал промоутером в Мюнстере, и деваться с центральной площади мне было некуда. Так вот, вокруг, на небольшом пятачке, собрались отстаивать правду (каждая свою) девять организаций:  салафиты, свидетели Иеговы, русскоязычные баптисты, мормоны, партия АдГ, Левая партия, «Красный Крест», футбольные фанаты и ещё какой-то митинг без названия. Последние были более всех вооружены наглядной агитацией, плакаты на асфальте были следующего содержания: США — это плохо, госпожа Меркель – это плохо, кушать мясо – это плохо, фрекинг  —  это ужасно, израильтяне ни за что убивают детей Палестины (с фото-доказательствами), соглашение о свободной торговле между ЕС и США – это ужасно. И всё в мире управляется из секретной ложи, наблюдающей за всем и вся из глаза в пирамиде долларовой купюры.

Весьма эклектичный перформанс — респектабельные партии с растущим рейтингом, уважаемая общественная организация, радикальные исламисты со зловещей репутацией и маргинальные организации разного (порой противоположного) толка. Было ли у них что-то общее? Было. Все собрались на волне «кризиса беженцев»: одни открыто выражают недовольство их огромным количеством, другие агитируют «конвертироваться» в ислам. Очевидно, что маргиналы почувствовали — популярность правительства пошатнулась, идеи «левых» и «правых» всякого толка находят больший отклик у населения, острота момента даёт экстремистам некую (пусть неформальную) легитимность.

Любопытство подтолкнуло поговорить с мормонами — все-таки, где штат Юта, а где Германия? Так вот, оказалось, что в Германии есть отделение мормонов. Ребята оказались общительные, поведали, что мормоны расположены ко всем в высшей степени дружелюбно. Так-таки ко всем? Да, ко всем. Ну…  Разве что евреев недолюбливаем.

Вот нарисовалась и вторая линия, объединяющая если не всех, то многих. Если уж мормоны…

Но есть ребята и пожёстче, чем мормоны.

Кверфронт

Термин «кверфронт» (или «третья позиция») обязан своим появлением идеологу и создателю NSDAP Грегору Штрассеру. Это идеология, подчёркивающая свою оппозицию империализму и коммунизму. Сегодня этот термин означает связь крайне правых и крайне левых сил под лозунгами антиамериканизма и антисионизма.

Главным «кверфронтовиком» в Германии, пожалуй, можно назвать редактора издания Compact Юргена Эльзессера. Он себя позиционирует как журналиста ленинистского и антиимпериалистического мировоззрения, а своё издание «попыткой диалога между правыми и левыми». По Эльзессеру,  США — это империя зла, а Германия — страна, оккупированная американцами и не имеющая реального суверенитета. В известном смысле у него получается объединять «правое» и «левое» в одном лице — бывший коммунист у разных людей имеет репутацию  интернационалиста, ультраконсерватора, крайне правого популиста и фашиста одновременно.

В 2014 году известная немецкая публицистка (в прошлом — одна из лидеров «зелёных») Ютта Дитфурт назвала этого многостаночника «ярым антисемитом» за то, что тот в публичных выступлениях употреблял антисионистские лозунги. По этому поводу даже состоялся судебный процесс, но суд не установил связи между антисемитизмом вообще и антисемитом Эльзессером в частности. Не осуждает Третий Рейх? Не чувствует себя чуждым эпохе 1933-1945 годов? Ну и что? Публицист Г. Бродер из Die Welt назвал этот процесс «отменой антисемитизма в Германии».

Эльзессер, Оксенрайтер

Мануэль Оксенрайтер является главным редактором праворадикального новостного агентства «Zuerst!», активно занимающимся поношением беженцев-мусульман.

Раньше господин Оксенрайтер прославился тем, что дал интервью немецкому мусульманскому порталу «Muslim-Markt». В 2008 году правый радикал ездил в Ливан, фотографировался на разбитом израильском танке и встречался с представителями Хезболлы. Оксенрайтер считает, что «существуют взращенные историей связи между мусульманами  и христианами», образовавшиеся во время Второй мировой войны. Как образовавшиеся именно во время войны? Одному богу известно. Ну, или двум…

В университете мне случилось сблизиться с немецким панком «очень» левых взглядов. Так бывает — дружба на почве любви к одной книге (в нашем случае это был «Дон Кихот»). Узнав, что я был в Израиле, новый друг спросил, не еврей ли я. Узнав, что да, некоторым образом еврей, он выразил ненависть к фашизму, после чего последовала «мхатовская» пауза и сакраментальное «но…», после которого я выслушал лекцию об «оккупационной и беспощадной  политике Израиля», в котором он не был, но о котором читал и видел фото и видео погибших палестинских детей. Я старался донести до него, что всё не просто, к тому же я не израильтянин и, как бы там ни было, ответственности за действия Нетаньяху не несу, но теоретика мирового заговора было уже не остановить. Он обо всём знал лучше. Семена Эльзессера и Оксенрайтера дали всходы…

Радикалы выходят из тени?

Несколько лет назад мне случилось идти по городу глубокой ночью. В это время проходили коммунальные выборы. Группа молодых ребят, таская стремянку от столба к столбу, наклеивала предвыборные плакаты ультраправой НДПГ. Разговорились. Они — члены партии. Почему агитируют ночью и развешивают плакаты так высоко? Ночью — потому что днём опасно, а высоко — чтобы было тяжелее срывать. На самом молодом был балахон с надписью NSDAP.  Я ему сказал: «Сними, эта символика в стране запрещена». Подельники заступились: он по молодости ещё не член партии и может носить, что ему заблагорассудится, а сам «волонтёр» ответил, что без свитера ему будет холодно, а мне вообще лучше бы покинуть его страну. Дальнейшего развития это предложение, к счастью, не имело.

Времена, когда правые организации развешивали плакаты по ночам, прошли. На сей момент они в Германии на коне – их нелюбовь к мусульманам совпадает с мнением многих и многих людей. Я повторюсь: радикалы почувствовали свою легитимность. Учитывая, на каких двух пунктах пересекаются их, так сказать, программы, можно ли чувствовать себя спокойно?

Тех, кто чувствует такие опасения, можно упрекнуть в склонности стать жертвой преступления. Однако не нужно ли быть готовым к преступлению народу, который систематически становится жертвой массовых преступлений по нескольку раз в столетие? Особенно когда маргиналы противоположных политических и религиозных лагерей дают сигнал опасности, когда правые смешиваются с левыми, либералы — с консерваторами, когда салафиты проводят демонстрацию рядом с PEGIDA, когда страна находится на грани потери политического равновесия, когда в кране заканчивается вода…

Ведь в такие моменты становится нужен внешний или общий внутренний враг…

Архив

Anzeige

Anzeige

Присоединяйся!