Владимир Войнович убежден: «Историю делает меньшинство». 26 сентября Владимиру Николаевичу Войновичу – 80!

Автор:

В номере: 2012

В 2010-м в издательстве «ЭКСМО» вышла объемная – почти в 900 страниц – книга мемуаров Вл. Войновича «Автопортрет. Роман моей жизни». Обложку книги украсили рисунки самого Владимира Николаевича (известно, что писатель в последние годы всерьез увлекается живописью). Известный литературный критик Бенедикт Сарнов сказал о мемуарах Войновича: «Книга эта будет причислена к числу самых замечательных и лучших книг этого знаменитого писателя».

Несмотря на большой объем, книга (а в ней упоминается множество знаковых личностей, с которыми по жизни был в той или иной степени связан автор, – среди них Александр Твардовский и Александр Солженицын, Георгий Владимов и Булат Окуджава, Эльдар Рязанов и Вольфганг Казак, Андрей Сахаров и Елена Боннэр, Владимир Корнилов и Белла Ахмадулина, Звиад Гамсахурдиа и Владимир Максимов, многие еще…) читается, что называется, взахлеб. Она, по-моему, очень честная, точно отражающая приметы эпохи, талантливо написанная отличным русским языком, временами пронзительно трогательная, временами жутко смешная. Мне, например, было очень жалко, что вот-вот дойду до последней страницы, и этот фейерверк кончится. Словом, это настоящий, очень похожий на автора «автопортрет» и действительно «роман его жизни». Как он сказал однажды: «объемный, но неоконченный роман»… Спрашиваю Войновича:

— Почему, Владимир Николаевич, неоконченный. Пишете продолжение?

— Неоконченный он в том смысле, что, я считаю, книга эта – моя жизнь. А жизнь моя пока, слава Богу, не завершена еще. Всего-то 79… А раз она еще не закончена, значит, и в моей книге не поставлена точка. Именно в этом смысле я и сказал, что «Автопортрет» – незаконченная вещь. Только и всего. Точку ставить рано. Поживем – увидим.

Ностальгия по «сильной руке»?

Чего и желаю, конечно, Вам и нам. А пока – вопрос, вызванный как раз «Автопортретом»: Вы там пишете: «в 14 лет я уже знал, что Сталин – бандит»… Откуда в Вас это сложившееся мнение в столь юном возрасте? Многие взрослые-то тогда не разобрались…

— Во мне это ощущение родилось, я считаю, совершенно естественно: я же был сыном репрессированного отца. Я рос среди детей и не мог не слышать, что мой папа преступник, враг народа и прочее в том же духе… И, кроме того, взрослые между собой что-то там то и дело про Сталина шептали, а я уши растопырил, слушал… Так что что-то до меня из этих разговоров все же постепенно доходило. Я ведь жил какое-то время в деревне. А колхозники же его ненавидели, и они говорили все, что думали, говорили про Сталина очень плохо, никого не боялись, и их не трогали, потому что их мнение никого не интересовало. Но когда я стал жить в городе, то увидел: все, оказывается, знают, что Сталин великий человек, а я вроде один думаю о нем плохо… Меня это смущало. Я думал: «Что же, я, наверное, такой глупый, что не понимаю того, что все понимают?»… Вот. А когда и бабушка моя мне сказала, что он – бандит, я обрадовался. Это было вскоре после войны. Вся страна уже задолго готовилась к празднованию 70-летия Сталина. Ребенку, росшему в семье, где был репрессирован отец, было легче, конечно, понять то, что есть на самом деле. Ну и еще, конечно, я думаю, что понимал это, потому что был тогда, в 14 лет, не самым глупым парнем…

— Следующий вопрос, из этого вытекающий: сейчас в России у части населения наблюдается явный возврат к Сталину, ностальгия по «сильной руке» и так далее… Как Вы это объясняете?

— Никак не могу себе этого объяснить! Для меня это настоящая загадка. Многие объясняют это явление тем, что, мол, за десятилетия Советской власти и после нее не было настоящего разоблачения Сталина, не было покаяния… и проч., то есть как бы ни поставлена историческая точка на деятельности Сталина. Но я-то считаю, что за прошедшие десятилетия достаточно уже о Сталине сказано правды, потому что и во времена существования СССР все западные радиостанции много говорили о нем и анализировали результаты его правления, и уже для самого непосвященного человека, имеющего хотя бы пару извилин, по-моему, достаточно имеется объективной – с цифрами и фактами – информации для того, чтобы просто возненавидеть этого человека, этот бесчеловечный режим и – устрашиться. Не знаю, в чем тут дело… Может быть, кто-то в России, видя сегодняшние проявления нынешних властей: с беззастенчивой коррупцией, полнейшей безнаказанностью на всех уровнях, повальным открытым воровством повсюду, считает, что придет какая-то «сильная рука» и наведет порядок (мол, «при Сталине всего этого не было и не могло быть»). Не знаю, может быть, такое настроение человека побуждает его возрождать миф о Сталине… Мне это непонятно.

«Действительность, к сожалению, возвращается к выдумке»…

— Помню Ваше высказывание, что Ваш известный роман «Москва 2042» – это выдумка, фантазия». Но потом, дескать, в начале  90-х, Вам показалось, что вроде Россия стала поворачиваться к цивилизации, к нормальному обществу…  А недавно Вы сказали где-то с грустью: «Действительность, к сожалению, возвращается к выдумке»… Это Ваше впечатление о сегодняшней ситуации в России?

— Да, в общем, это мое впечатление от того, что я наблюдаю сейчас… Но, правда, я и про роман «Москва 2042» тоже не могу определенно сказать, что это была моя чистая фантазия. Конечно, мало кто мог тогда предвидеть, что будет с Россией даже в недалеком будущем. Но кто-то все же думал, что что-то в подобном духе все-таки может произойти. И я был среди этих людей. И когда я говорил, что через пять лет в России начнутся радикальные перемены (в данном случае, перестройка), были, на мой тогдашний взгляд, некие явные предпосылки к этому. Кстати, было уже много людей на то время, которые считали, что они в России живут не так достойно, как должны жить нормальные люди. И что это когда-нибудь должно измениться. И я, например, если помните, в этой книге предположил, что в скором времени в России должно произойти, например, слияние церкви и государства, сращивание КГБ и государства, и что даже КГБ может стать в стране и над церковью, и над государством. И эти тенденции были видны уже тогда. Поэтому мои фантазии возникли все же не совсем на пустом месте. Но мне, честно говоря, действительно показалось, что после начала 90-х годов история России пошла в другую сторону, в сторону цивилизованного западного, демократического развития. Ну и, естественно, я вовсе не хотел, чтобы мои предвидения, описанные в романе «Москва 2042», сбылись, поэтому, видя намечающиеся в 90-е годы новые тенденции, с удовлетворением отметил их. Но… чем больше времени проходит, тем больше я, к сожалению, убеждаюсь, что, как это ни странно, и в самом деле получается, что «действительность возвращается к выдумке»… То есть сегодняшнее, увы, возвращается к прошлому, что довольно печально.

— Отличается ли, по-Вашему, что-то в сегодняшней России от, например, ситуации 70-х? Есть ли сейчас демократия? Что за власть в России?

— Нет, конечно, сегодняшняя Россия отличается от той, что была при коммунистах в 70-х. Во-первых, разумеется, свобод в России сейчас гораздо больше. И главная из них, я считаю, – свобода передвижения, чего абсолютно не было раньше. Сегодня тысячи, даже десятки тысяч россиян – хотя это, может быть, и небольшая часть всего населения, так как сдерживающим фактором для большинства людей является отсутствие денег, – но все же большое число людей ныне могут себе позволить ездить по всему миру: в Турцию, в Европу, в Америку, куда угодно, и на отдых, и по делам, и уезжают насовсем, и все это совершенно свободно, лишь бы, повторяю, хватило средств на это. Это очень важное завоевание. И уже это само по себе есть резкое отличие от того, что было при советском режиме.

А что касается нынешней системы власти в России, правления сегодняшнего так называемого «тандема», то тут тоже есть существенное различие с системой власти, бывшей в СССР. Дело в том, что КПСС, которое создало органы безопасности, само же их и боялось. Поэтому периодически снимало головы главных начальников спецорганов – Ягоду, Ежова, Берию, Абакумова расстреляли, а других то и дело снимали, понижали, разжаловали и т.д. А теперь функционерам КГБ, этим защитникам страны, так понравилось править, что они разделили все достояние страны между собой и решили взять в свои руки всю власть. Но поскольку они никогда по-настоящему править-то не умели, поэтому они правят по-советски, и сейчас получился такой вот гибрид – капитализма с колхозами. Но ведь настоящий капитализм просто не может существовать вне подлинной свободы и демократии. Из этого ничего не получается, поэтому демократия внедряется в России сейчас как бы частично: например, допускается свобода, которую я упомянул, – свобода передвижения. А, к примеру, свобода слова, свобода печати, начатая было в начале 90-х, уже здорово зажата: многие СМИ скованы, некоторые вообще закрылись, телевидение показывает вообще только то, что считает нужным государство… и так далее.

Парадоксы «демократии»

— Неужели есть угроза снова вернуться к СССР?

— Нет-нет, убежден, к Советскому Союзу точно не вернемся, так как никто, в том числе и нынешняя власть, ни в какую не захочет возвращаться в социализм, к социалистической системе хозяйствования они возвращаться ни за что не захотят. Потому что им же нравится, что они владеют такими богатствами лично, а не то, что они бы просто пользовались имуществом государственным или партийным, как госслужащие. Они пользуются всем этим  лично. В конце концов, они могут перевести все свое богатство за границу, а то и сами – при необходимости – могут туда перебраться жить, как остались жить на Западе дети и Сталина, и Хрущева, и прочих советских и российских лидеров. Убежден, сегодня в России уже нет ни одного нормального человека (кроме, может быть, каких-то единичных маразматиков моего возраста), которые бы мечтали о возврате в СССР. Что, думаете, наши сегодняшние правители хотели бы снова платить партийные взносы? Или чтобы над ними был Комитет партийного контроля?

— Что из себя представляет, на Ваш сегодняшний взгляд, общество в России? Активное оно? Равнодушное?..

— Я так вам скажу. Раньше активные, мыслящие люди в России как поступали? Когда позволили довольно большой массе детей в царской России уезжать на Запад получать образование, они ехали, скажем, в Швейцарию или в Германию, учились там разным наукам, но больше всего революционным теориям, а потом возвращались в Россию, чтобы делать там революцию, бороться за свободу в России и т.д. Неважно, каким образом. А что делают нынешние активные, мыслящие российские люди? Они теперь не хотят за свободу бороться, за лучшую жизнь. Они просто получают за границей образование и, зачастую, остаются там жить и работать. Потому что они уже получают там все, что хотят. В готовом виде. Таким образом, сегодня значительная часть мыслящих людей России уже покинула ее. И, к сожалению, будет покидать и дальше. Парадокс состоит в том, что, когда был «железный занавес» и путь на Запад для населения закрыт, активные люди боролись за свободу внутри России, а сейчас они просто… покидают страну. Правда, я вижу, что уже есть определенная масса – пока еще небольшая – молодых людей, которых не удовлетворяет то, что сейчас происходит в России, и они пытаются создавать какие-то группы, чтобы все-таки что-то изменить к лучшему. Но пока таких еще мало. Ну, скажем, вот движение «синих ведерок». Они, на первый взгляд, занимаются чепухой, локальным делом, но это же совсем не чепуха: объявили, в частности, бойкот машинам с мигалками и проч. Конечно, это только зачатки сопротивления, лишь первые признаки борьбы за лучшую жизнь, но это уже нечто. Вот скоро выборы в Думу, это тоже некая проверка на зрелость общества. Посмотрим.

— А у Вас нет впечатления, что большинству российского населения наплевать на всю эту борьбу за свободу, на все реформы, им не до этого, они заняты только своими личными проблемами?

— Да, конечно, большинство у нас всегда было, к сожалению, таким. Но дело-то в том, что историю делает не большинство, а… меньшинство. Мыслящее, активное, прогрессивное меньшинство. Даже если взять события августа 1991 года, то тогда на баррикадах было, хотя и много москвичей, но все же – меньшинство взрослого населения Москвы, а в некоторых районах люди вообще не знали, что там у Белого дома происходит…

— Спасибо за беседу, Владимир Николаевич. И – с днем рождения.

Архив

Anzeige

Anzeige

Присоединяйся!