Покорение космоса – цена победы

Автор:

В номере: 2010

к 50-летию крупнейшей катастрофы на космодроме Байконур

Дорогой ценой достался советскому народу прорыв в космос. Однако точных данных мы никогда не получим ни о величине затрат, ни о количестве жертв. Хотя министерство обороны являлось заказчиком всех ракетно-космических программ, его бюджет покрывал лишь расходы на содержание армейских подразделений, занятых в этих работах. Средства же на саму разработку и изготовление ракет, космических кораблей, вспомогательного и испытательного оборудования, стартовых сооружений выделялись непосредственно в те министерства, предприятия которых участвовали в процессе их создания.

После опустошительной войны страна в кратчайшие сроки стала второй державой мира в области научно-технических достижений. Каким же образом этого удалось добиться? Во-первых, не все ученые, к счастью, погибли в ополчении, многие уцелели, в том числе, и в ГУЛАГовских «шарашках». Во-вторых, начиная с 1946 года, по инициативе лично Сталина, увеличиваются бюджетные ассигнования на науку в целом: в 1946 году – втрое по сравнению с 1945 годом; в 1947 году – еще вдвое. Перепало и самим научным работникам: со второй половины 1946 года их зарплата была повышена вдвое. Но то, как были отмечены руководители работ по атомному проекту, вызывает удивление до сих пор.

В марте 1946 года, опять же по указанию лично Сталина, вышло специальное постановление о премировании, в соответствии с которым руководители работ получили по 1 миллиону рублей, плюс звание Героя Социалистического труда, плюс особняк в любом регионе Советского Союза, плюс автомашина и еще – бесплатный проезд по всей территории страны. Не только удивительна сама щедрость, но еще более не понятны ее источники. При Хрущеве тоже посыпались награды после запуска первого ИСЗ, но то были преимущественно почетные звания и ордена. Особняки, автомобили, миллионные премии уже с такой щедростью раздавать не могли. По-видимому, иссяк тот источник, которым располагал Сталин.

Ракетно-космические победы, как и все прочие, были щедро оплачены еще и человеческими жизнями. Причем, как ни странно, космонавты в числе тех жертв составили всего 2%. Самой таинственной была гибель первого космонавта в мире Юрия Гагарина. Однако обстоятельства его гибели не имели никакого отношения к «покорению космоса». Он погиб при выполнении тренировочного полета на самолете. Еще четыре космонавта – Комаров, Добровольский, Волков и Пацаев – погибли при возвращении на Землю космических кораблей серии «Союз». Других жертв среди космонавтов не было, несмотря на множество существующих легенд. А вот число погибших испытателей, «представителей от промышленности» и руководителей разного уровня исчисляется сотнями.

Крупнейшая в истории катастрофа

Самая большая катастрофа за всю историю ракетной техники произошла на космодроме «Байконур» 24 октября 1960 года во время подготовки к первому пуску ракеты главного конструктора Янгеля. Точное число жертв с учетом умерших от ожогов и отравления в госпиталях и больницах так и осталось неизвестным. По приблизительным оценкам – это минимум 180 человек.

Среди погибших был и маршал Неделин – Главком Ракетных войск стратегического назначения, заместитель министра обороны СССР. Неделин приказал устранять обнаруженные замечания на заправленной ракете, чтобы успеть осуществить ее пуск к 43-й годовщине Великого Октября. При этом сам он сел в 20 м от ракеты, заставив, тем самым, и членов своей свиты «крутиться» неподалеку, чтобы не прослыть трусами.
Во время доработки электрической схемы произошел несанкционированный запуск двигателя 2-й ступени ракеты. Факел работающего двигателя прожег бак окислителя 1-й ступени, затем разрушился бак горючего и, в конце концов, разрушилась вся ракета целиком. Люди сгорали полностью – опознать их было практически невозможно. Маршала Неделина опознали по сохранившейся «Золотой Звезде».

Никаких официальных сообщений об этой катастрофе не было. Что касается маршала, то скрыть его гибель было невозможно – сообщили, что он погиб в авиационной катастрофе. Всем свидетелям катастрофы и родственникам погибших рекомендовали о масштабах и причинах происшествия не рассказывать.

Еще одна катастрофа – вторая по тяжести – произошла в марте 1980 года при взрыве ракеты на полигоне в Плисецке. Тогда погибло 48 человек. Причина взрыва так и не была окончательно установлена. Тем не менее, работы на полигоне не прекращались ни на один день. А после гибели американских астронавтов в результате аварии «Колумбии» в феврале 2003 года полеты были прекращены на два года.

3 июля 1969 года в 23 часа 18 минут по Москве был запланирован второй пуск нового сверхтяжелого носителя Н-1. Высота ракеты составляла 105 метров, а ее стартовая масса – 2800 тонн. Еще до отрыва от стартового стола взорвался один из двигателей ракеты. Несмотря на это, ракета все же поднялась на высоту 200 м, а затем плашмя упала на стартовые сооружения. В ночной степи пламя от горевших почти 2500 тонн керосина в жидком кислороде было видно за десятки километров.

На восстановление старта потребовалось без малого два года. Следующий пуск Н-1 состоялся в ночь с 26 на 27 июня 1971 года. Взрыв ракеты произошел в 20 км от старта. В ноябре 1972 года состоялся последний пуск ракеты Н-1 – он оказался тоже неудачным. Как ни странно, все аварийные пуски ракеты Н-1 не повлекли за собой человеческих жертв. В 1974 году возглавивший бывшую королевскую фирму академик Глушко одним из своих первых приказов прекратил все работы по тематике Н-1.

Начались же эти работы в 1961 году, когда президент США Кеннеди объявил экспедицию на Луну национальной задачей США. В ответ Хрущев приказал: «Луну американцам не отдавать. Средств найдем, сколько надо». Королев предложил за 5 лет создать новый сверхтяжелый носитель.

В мае 1961 года это предложение было узаконено постановлением, в котором предписывалось начать летные испытания нового носителя в 1965 году. К этому времени, помимо работ по самому носителю, необходимо было выполнить огромный объем строительных работ на полигоне: высотный корпус для сборки носителя; стартовые сооружения и даже жилой городок для рабочих создаваемого там филиала куйбышевского завода «Прогресс».

Правда о гибели космонавтов

Первой жертвой среди космонавтов стал Владимир Комаров. Катастрофа произошла при посадке первого летного корабля новой серии «Союз». В процессе его заводских испытаний было обнаружено более двух тысяч дефектов в приборах, кабелях и документации. Помимо этого, на космодроме за два месяца подготовки к первому полету выявили еще сотни три новых дефектов. 90% всех этих дефектов должны были быть предварительно обнаружены и устранены на аналоге корабля, который, к сожалению, не был создан. Считалось, что в этом случае пуск первого летного корабля отодвинется почти на год!

Эта потеря года была очень значимой для начальства, ибо предстоящий год был юбилейным. В 1967 году 50-летие Советской власти должно было быть отмечено великими свершениями, в т.ч. и в космосе. По разработанной программе, которую секретарь ЦК КПСС Устинов доложил Генеральному секретарю Брежневу, предполагалось 21-22 апреля осуществить пуск активного корабля «СОЮЗ», а на следующие сутки – пассивного. В активном корабле должен был находиться один космонавт – Владимир Комаров, и три космонавта в пассивном корабле – Быковский, Хрунов и Елисеев. После успешной стыковки был запланирован переход двух космонавтов «через открытый космос» из пассивного корабля в активный.

Процесс заправки ракеты закончился к 3 часам утра 23 апреля. Все шло по графику без сбоев. Подъем ракеты прошел точно в расчетное время. Через 6 минут пришел доклад, что первый корабль серии «Союз» с человеком на борту отделился и вышел на орбиту ИСЗ! И тут началось…

Группа анализа обнаружила, что не открылись дублирующая антенна телеметрической системы и козырек, защищающий солнечно-звездный датчик от загрязнения выхлопами двигателей. Им мешала нераскрывшаяся панель солнечной батареи. Из-за асимметрии, вызванной нераскрытой батареей, не прошла закрутка на Солнце. Зато стравили до опасного уровня давление в баках двигателей системы ориентации.

Итак, налицо были три явно выраженных отказа. Поэтому было принято решение о прекращении программы полетов, т.е. запуск второго корабля отменялся. Комарову предложили провести ручную ориентацию на светлой стороне «по-самолетному», затем перед входом в тень передать управление гироскопам, хотя такой вариант посадки космонавты не отрабатывали – он был придуман в группе управления от безысходности.

В расчетное время приземления доклад с места посадки не поступил. Только в конце дня поступило сообщение о гибели Комарова. Картина была ужасная – Комаров сгорел, все приборы обгорели. Люди во время войны, повидавшие много сгоревших самолетов, говорили, что ничего подобного они не видели. Перекись водорода оказалась гораздо страшнее бензина.

Произошло следующее. При спуске на высоте порядка 9,5 км тормозной парашют не смог вытянуть из контейнера пакет с основным парашютом. Из-за высокой нерасчетной скорости снижения при ударе о землю произошел взрыв и начался пожар. В баках СА сохранилось около тридцати килограммов концентрированной перекиси водорода, служившей рабочим телом для двигателей системы управляемого спуска. Она не просто горит, но активно способствует горению всего негорящего, выделяя при разложении свободный кислород.

Причина, как было установлено, состояла в том, что в процессе полимеризации в автоклаве при высокой температуре синтетических смол, являющихся составной частью теплозащиты СА, на внутреннюю поверхность контейнеров осаждались летучие фракции обмазки. От этого поверхность контейнера превращалась в шероховато-бугристую и клейкую. Из такого контейнера тормозному парашюту вытащить основной парашют оказалось не под силу.

Еще одна катастрофа, в которой погибли трое космонавтов – Добровольский, Волков и Пацаев, произошла во время посадки корабля «Союз» 30 июня 1971 года. Во-первых, лететь должны были другие люди. Однако за двое суток до старта Госкомиссия приняла решение о замене основного экипажа дублирующим. Такое случилось впервые.

Корабль уже был пристыкован к ракете-носителю и находился под обтекателем. И в этом положении предстояло заменить все ложементы и медицинские пояса, пересчитать центровку и прочее. Ведь вес и габариты космонавтов стали другими. Причина всех этих неприятностей состояла в том, что у Кубасова рентген, сделанный при штатном медосмотре, показал затенение в правом легком. Этот рентгеновский снимок изменил судьбу шестерых человек, разделив их на живых и мертвых.

Программа полета предусматривала первую стыковку с орбитальной станцией «Салют», которая произошла успешно. Но 16 июня на станции случился пожар, и космонавты срочно начали готовиться к посадке. Все операции прошли без замечаний. После окончания работы тормозного двигателя произошло отделение бытового и приборно-агрегатного отсеков от спускаемого аппарата.

Больше никаких докладов от космонавтов не поступало. Через две минуты после посадки к спускаемому аппарату подбежали спасатели. СА лежал на боку. Внешне не было никаких повреждений. Когда постучали по стенке – никто не откликнулся. Тогда быстро открыли люк. Все трое космонавтов сидели в креслах в спокойных позах. На лицах – потеки крови из носа и ушей. В СА никаких посторонних запахов не обнаружили. Тела космонавтов отправили в Москву для исследования, а к месту посадки вылетели для обследования СА специалисты.

По записям автономного регистратора в момент разделения началось падение давления в СА. За 130 секунд давление упало с 915 до 100 миллиметров ртутного столба – произошла разгерметизация СА. Через 90-100 секунд одновременно у всех космонавтов наступила клиническая смерть. В сознании они находились не более 50-60 секунд после разделения, которое производилось при помощи пиротехнического разрыва болтов, стягивающих отсеки. При этом мог самопроизвольно открыться под действием взрывной волны дыхательный клапан, смонтированный на шпангоуте СА. Вот такая простая версия. Однако во время эксперимента, который проводили дважды, клапан не открывался. Точная причина открытия дыхательного клапана при разделении СА и БО «Союза-11» так и осталась тайной.

Архив

Anzeige

Anzeige

Присоединяйся!