Старики — «разбойники»

Автор:

В номере: 2010

В последнее время по Германии катится волна увольнений сотрудников без предварительного уведомления (fristlose Kuendigung) за совершенные ими мелкие должностные проступки (Bagatelldelikte), которые работодатели, однако, квалифицируют как кражи.

Роковые мелочи

Кассирша из берлинского филиала Kaiser, проработавшая в магазине 31 год, была уволена из-за того, что присвоила и реализовала в свою пользу забытые кем-то из покупателей чеки за сданную посуду на сумму 1,30 евро.

Франкфуртский кассир лишился работы, отхлебнув глоток колы из неоплаченной бутылки, причем суд по трудовым спорам признал увольнение правомерным (Arbeitsgericht Frankfurt, Az.: 7 Ca 4568/07).

Женщина-инвалид, работающая санитаркой по уходу за пожилыми людьми в ганноверском Caritas, была уволена за съеденную на кухне дома для престарелых порцию сырокопченой колбасы к чаю.

35-летний снабженец фирмы спортивной одежды из Ройтлингена, ворочающий миллионами, лишился работы из-за того, что пригласил на обед в фирменную столовую свою подругу и расплатился за еду 80-центовым талоном на питание, который попросил у коллеги. Поскольку, согласно служебной инструкции, сотрудникам разрешено использовать талоны на питание только для себя лично, отзывчивый коллега отделался выговором.

30-летний сотрудник предприятия по утилизации отходов в Маннхайме, проработавший на нем семь лет, отец двух маленьких дочерей, был уволен из-за того, что, несмотря на запрет, забрал домой выброшенную в мусор дорожную детскую кроватку.

58-летняя медсестра по уходу за пожилыми людьми, проработавшая в доме для престарелых в Констанце 17 лет, лишилась работы из-за того, что, несмотря на запрет, прихватила шесть оставшихся от обеда вареников стоимостью от 3 до 4 евро, которые предполагалось выбросить в мусорный бак. Для укрепления своих позиций руководство дома для престарелых поспешило дополнительно вынести ей несколько выговоров «задним числом».

Две секретарши Bauverband Westfalen в Дортмунде (стаж работы на фирме соответственно 34 и 20 лет) оказались безработными из-за того, что, готовя угощение для шефа и его гостей, позволили себе слегка утолить голод. Старшая съела две половины булочки и фрикадельку, младшая ограничилась одной булочкой. Руководство расценило этот поступок не только как кражу (Diebstahl), но и как злоупотребление доверием (Vertrauensmissbrauch).

50-летний мужчина из города Троссинген в Баден-Вюртемберге, проработавший на предприятии 27 лет, был уволен за то, что унес с работы домой бывшие в употреблении картонные коробки для переезда своей дочери.

Земельный суд по трудовым спорам Шлезвиг-Гольштейна признал правомерным увольнение без предварительного уведомления работника, распечатавшего на служебном принтере 138 страниц лично для себя.

Слесарь-сборщик из Баварии был обвинен в краже и уволен за печенье, взятое с блюда, приготовленного секретаршей для предстоящего заседания.

Уборщицу из Любека с тяжелой степенью инвалидности уволили за воровство, заключавшееся в том, что она забрала из мусорного ведра выброшенные бутылки, которые можно было сдать.

А руководство некоей франкфуртской фирмы уволило 52-летнего сотрудника, зарядившего на рабочем месте свой мобильный телефон. Ущерб, нанесенный фирме, составил менее 1 цента.

Этот печальный список можно продолжать и продолжать. Однако бросается в глаза, что большинство уволенных по обвинению в мелких кражах – пожилые сотрудники или инвалиды, нередко проработавшие на предприятии или в учреждении много лет, избавиться от которых иным способом работодателю было бы не так просто. Уволенные работники помоложе нередко имели трения с начальством, или руководство и без того раздумывало, кого из сотрудников желательно сократить в условиях экономического кризиса. Первыми «жертвами» такой политики обычно становятся пожилые работники. Немаловажным фактором для работодателя при этом является величина отступных (Abfindung), которые предстоит выплатить увольняемому сотруднику. Работодателю выгодно ограничиться как можно меньшей суммой, а еще лучше – найти повод вообще не платить. Самый надежный путь к этому открывается тогда, когда сотрудник сам дает прекрасный предлог для расставания, а тем более для увольнения без предварительного уведомления по обвинению в краже, нечестности, злоупотреблении доверием и прочих нелояльных поступках. Для этого бывает достаточно одного «незаконно» съеденного печенья или выпитого глотка лимонада.

В поисках защиты

Работнику, уволенному без предварительного уведомления за мелкую кражу или приравненный к ней проступок и считающему действия работодателя необоснованными, несправедливыми или не соответствующими тяжести содеянного, имеет смысл обратиться в суд. Иск о защите от увольнения (Kuendigungsschutzklage), как правило, подается в течение трех недель после увольнения в соответствующий суд по трудовым спорам (Arbeitsgericht). Соответствующая информация имеется на сайтах kuendigunsschutzklage.net, hensche.de, и sozialhilfe24.de, а с предпосылками получения финансовой помощи для покрытия судебных расходов (Prozesskostenhilfe) можно ознакомиться на сайтах bmj.bund.de и dr-hildebrandt.de.

В принципе, немецкое правосудие в подобных случаях основывается на том, что наемным работникам запрещается брать что-либо у работодателя в личных целях, независимо от стоимости. Так постановил федеральный суд по трудовым спорам еще в начале 1980-х годов при рассмотрении дела о «незаконно» съеденном куске пирога с миндалем и медом. Любая кража на фирме оправдывает увольнение без предварительного уведомления, если суд сочтет, что конкретные обстоятельства дела свидетельствуют не в пользу работника. Кроме того, если кража действительно имела место, никакой суд не вправе обязать работодателя принять уволенного обратно. Речь может идти только о выплате отступных и их сумме.

Этим, кстати, немецкая судебная практика отличается от французской. Недавно суд в Версале объявил незаконным увольнение сотрудницы супермаркета Atac, заприходовавшей на свою карточку, дающую право на скидку, покупки одного из клиентов и таким образом присвоившей целых 60 центов, и потребовал выплатить ей 17380 евро компенсации. Суд согласился с мнением истицы, что администрация супермаркета воспользовалась ее проступком, чтобы избавиться от лишнего персонала. В результате руководство Atac предложило женщине снова взять ее на работу.

В Германии же суды по трудовым спорам первой инстанции нередко безоговорочно оправдывают действия работодателей, и тогда уволенным приходится обращаться в земельные суды, которые иногда принимают решения в их пользу.

В большинстве рассмотренных выше случаев обращение в суд закончилось для уволенных если не полной победой, то хотя бы более или менее приемлемыми отступными. Суд по трудовым спорам в Ройтлингене выразил сомнение в том, что сотрудник, использовавший чужой талон на питание, сознательно намеревался нанести ущерб работодателю, и счел увольнение чрезмерно суровым наказанием для раскаявшегося снабженца.

К подобному решению пришел и земельный суд по трудовым спорам в Маннхайме во второй инстанции в случае с мусорщиком и детской кроваткой. Он подтвердил решение суда первой инстанции, который счел проступок нарушением должностных инструкций, но все-таки не кражей (Arbeitsgericht Mannheim, Az.: 13 Sa 59/09 от 30 июля 2009). В «деле о варениках» суд по трудовым спорам в Радольфцелле на Бодензее подтвердил правомерность увольнения, однако в результате рассмотрения апелляции в земельном суде во Фрайбурге стороны договорились о выплате уволенной работнице 25 тыс. евро отступных и заработной платы за несколько месяцев (Az.: 9 Sa 75/09). Крупными отступными уволенной секретарше закончилось и дортмундское «дело о двух половинках булочки и одной фрикадельке», а «похититель коробок» получил отступные в сумме 6 тыс. евро.

Суд по трудовым спорам в Любеке изначально встал на сторону уборщицы-инвалида в истории с выброшенными бутылками (Az.: 3 Sa 441/09), однако работодатель подал апелляцию на это решение в земельный суд по трудовым спорам Шлезвиг-Гольштейна. Надежда избавиться от сотрудницы-инвалида оказалась сильнее опасений выставить себя на посмешище из-за выброшенной в урну посуды. И только в случае с подзарядкой хэнди на рабочем месте работодатель сам отменил решение об увольнении, узнав, что работник обратился с иском в суд.

Нередко уволенные работники ссылаются на то, что их поступки не выходили за рамки принятой на предприятии практики. На профессиональном жаргоне это называется «betriebliche Uebung». Однако аргументы типа «мы всегда так делали» или «другие ведь тоже так поступают» эффективны далеко не всегда. К примеру, ссылка на поступки коллег не поможет сотруднику, без ясно выраженного разрешения руководства прихватившему какое-то имущество фирмы.

Юристы считают, что между работодателем и работником существует своего рода негласный «психологический договор». И если он нарушается, и стороны перестают доверять друг другу и относиться друг к другу с уважением, некоторые сотрудники, в качестве компенсации, начинают тянуть все, что плохо лежит, или часами пользоваться интернетом в личных целях. Ссылка на коллег в таком случае таит в себе особую опасность, поскольку шеф может отреагировать еще более агрессивно, узнав, что его подчиненные давно привыкли вольно обходиться с фирменной собственностью. И, разумеется, работодатель только обрадуется заявлению бывшего сотрудника о том, что он воровал продукты не один, а несколько раз. Поэтому лучше лишний раз спросить, предназначено ли угощение для всех, чем, не раздумывая, хватать его с тарелки.

Для того чтобы работник мог сослаться на «betriebliche Uebung», в принципе, достаточно трехкратного регулярного повторения со стороны работодателя. Тогда уже ему придется объяснять суду, почему он решил запретить определенные действия на четвертый раз, да еще и «забыл» проинформировать сотрудника об этом. Так, дортмундским секретаршам было четко и ясно разрешено употреблять в пищу булочки, оставшиеся по окончании совещаний. В результате еще до вынесения приговора Bauverband Westfalen пришлось снять обвинение в краже, а главному управляющему делами – извиниться перед уволенной секретаршей в открытом письме.

Архив

Anzeige

Anzeige

Присоединяйся!