Натан Щаранский опять во франкфурте

Автор:

В номере: 2010

Тихий мальчик из обычной еврейской семьи из украинского города Сталино (ныне всемирно знаменитый после «оранжевой революции» Донецк), рожденный в один год с государством Израиль, с отличием закончивший донецкую 17 школу с математическим уклоном и сумевший поступить в элитный московский физтех, куда евреям путь был заказан, легендарный советский правозащитник и диссидент, соратник А.Д. Сахарова, советский зэк с 9-летним стажем, кавалер высшей гражданской награды США – Президентской медали Свободы – четвертый иностранец, представленный к этому ордену с 1945 г. после папы Иоанна Павла II, матери Терезы и Нельсона Манделлы, министр и вице-премьер четырех правительств Израиля, и, наконец, сегодняшний глава правления Еврейского агентства Сохнут Натан Щаранский опять во Франкфурте. Опять, потому что первый раз во Франкфурт его привезли в 1986 г. на американском самолете из Западного Берлина. Во Франкфурте Натана уже ждал израильский борт с любимой женой Авиталью. Они встретились через 12 лет после свадьбы и вынужденной разлуки. «Извини, я немного задержался», — сказал он жене.

Щаранский о жизни и о себе (с комментариями автора)

У каждого поколения своя шкала ценностей. Однажды в Нью-Йорке Натан привел своих дочерей Рахель и Хану на площадь перед штаб-квартирой ООН. «Здесь на митинге в защиту советских евреев выступала ваша мама, — сказал он, после чего показал на столб: — А тут начинается улица имени вашего папы». Но девчонки с воплем: «Ой, какая хорошая кошечка!» ринулись совершенно в другую сторону.

Расстрел. 15 марта 77-го года Натана арестовали и предъявили обвинение по расстрельной 64-й статье — «измена Родине, шпионаж, а также оказание иностранному государству помощи в проведении враждебной деятельности против СССР».

«Признаюсь как на духу: слово «расстрел» впивалось мне в сердце, от него пересыхало горло, и всякий раз, когда следователи его произносили, я чувствовал, что боюсь.

Следователи старались, чтобы и мои сокамерники мне постоянно об этом напоминали, что здесь, в Лефортовской тюрьме, есть специальный подвал, и, когда человек спускается в него по ступенькам, ему стреляют в затылок. Психологическая обработка… Первые несколько недель действовало, — еще как! — а потом мне удалось правила игры изменить. Когда ты сам повторяешь его 100-300 раз, оно перестает на тебя действовать, становится привычным, обыденным. Так от ходьбы босиком по земле загрубевает пятка». В итоге Щаранский получил 13 лет с отбытием первых трех лет в тюрьме, а последующих 10 – в колонии строгого режима.

В тюрьме с сыном Романа Шухевича. «Одну камеру с ним не делил, поскольку его практически от всех изолировали, но мы часто переговаривались через сортир. Если тряпкой откачать из своего очка воду, засунуть туда глубоко голову и собеседник сделает то же самое, можно говорить, как по телефону.

Естественно, я знал, кто такой Шухевич-старший, но было также очевидно, что это типичный случай, когда сын отвечает за отца. Ему было 10 или 12 лет, когда его тато командовал УПА. Потом отца убили, а сына один раз арестовали, второй — и едва ли не всю свою жизнь он просидел в тюрьме, в одиночке… Вызывала ли у меня симпатию идеология его отца? Конечно же, нет. Испытывал ли я сочувствие к этому человеку, который стал жертвой бесчеловечной системы. Да, безусловно».

Борьба за освобождение. «Когда в ноябре 85-го года президент США Рейган впервые встретился с Горбачевым в Женеве, здание, где шли их переговоры, пикетировала моя жена в арестантской одежде с группой еврейских студентов, как делала это непрерывно все девять лет. Авиталь даже передала жене Горбачева письмо.

Как потом мне рассказывал Рейган, тогда он сказал Горбачеву: «Вы, конечно, можете и дальше утверждать, что Щаранский — шпион, но, хотите того или нет, мой народ верит этой женщине, — и показал за окно, где стояла Авиталь. — Поэтому, — продолжил президент США, — до тех пор, пока вы ее мужа не освободите, никакого доверия вашим словам не будет».

Высылка. Через два месяца подкормленного Щаранского перевозят самолетом из лагеря в Москву, а затем в восточный Берлин для обмена на советского разведчика на знаменитом мосту Глинике, на границе западного и восточного Берлина, том самом, где когда-то состоялся обмен американского летчика Пауэрса на советского разведчика Абеля.

«Мне впервые за весь срок дали гражданскую одежду, которую сами купили. Все на меня было огромным (рост Натана – метр с кепкой. Прим. автора): я буквально тонул в брюках, пиджак болтался, ничего не держалось. «Хоть пояс мне дайте», — просил, но в тюрьме это строго-настрого запрещено. Принесли, словом, какую-то бечевку, как-то я ее закрутил.

Американский посол в ФРГ взял меня под руку, и вместе с ним мы медленно пошли через мост. С нами был еще представитель МИДа — два здоровяка, а я посередине. Вижу: на другой стороне полно журналистов. «Где граница?» — спрашиваю своих провожатых. «Жирную линию на мосту видишь? Это она и есть». — «Как здорово!» — не скрываю я ликования, прыгаю через нее в… свободу, и в этот момент бечевка у меня на брюках рвется.
В последнюю секунду я буквально подхватываю брюки и беседую с журналистами, их придерживая. Меня часто спрашивают: «Какой была твоя первая мысль на свободе?», и я всегда честно отвечаю: «Как бы не потерять брюки».

О Путине. «Во время одной из бесед он сказал: «И синагоги открываю, и чуть ли не каждый день то на бар-мицвы хожу, то туда, то сюда — везде у евреев ленточки перерезаю. Разве что обрезание сам не делаю, да и то потому, что боюсь промахнуться».

Натан Щаранский — гость еврейской общины Франкфурта

9 мая сего года еврейская община устроила для наших ветеранов праздничный прием в честь 65-летия Победы. Натан пришел к нашим ветеранам, общался с ними и обратился к ним с речью, отрывки из которой приведены ниже.

«День Победы — это был наш праздник. Помню, как мы с братом, мне — 5 лет, ему — 7, идем с отцом по улице Артема в городе Сталино, страшно гордые своим отцом и его орденами, и вдруг слышим голос: «А где же ты купил свои ордена? Наверное, в Ташкенте?»

И это было неотделимо друг от друга: наша гордость за своего отца, прошедшего всю войну от звонка до звонка, и чувство недоверия, а иногда и презрения окружающих к этим евреям, которые «скрывались в Ташкенте и там покупали свои ордена».

Информация об активном участи евреев во Второй мировой войне и о Холокосте была под запретом, потому что советская власть хотела, чтобы мы выросли без роду и племени, чтобы в слове «еврей» не было ничего хорошего и положительного. И так было до 1967 г., когда армия крошечного Израиля за 6 дней разгромила в несколько раз превосходящие ее силы Египта, Сирии, Ирака и Иордании. Для антисемитов это был шок. Оказалось, что у евреев есть славная тысячелетняя история, которая продолжается и до сегодняшнего дня. Оказалось, что самая эффективная разведывательная сеть СССР «Красная капелла» состояла сплошь из евреев. Мы узнаем о восстании в Варшавском гетто, когда почти безоружные евреи под руководством Мордехая Анелевича месяц защищали гетто от эсэсовцев. Все 15 тыс. защитников гетто были убиты в этом неравном бою.

И мы узнаем, что евреи были не только жертвами, но и героями! Что непропорционально большое число советских генералов и Героев Советского Союза, летчиков, танкистов, подводников, десантников были евреями.

И поэтому 9 мая – это не только великий праздник Победы всего народа над фашизмом, но и праздник гордости и мужества еврейского народа, потерявшего в этой войне половину своих братьев и сестер. С Победой вас, дорогие ветераны!»

Интервью Натана Щаранского журналу «Neue Zeiten»

Согласие на интервью Натан дал нашему журналу еще в Иерусалиме. Но график его пребывания во Франкфурте был настолько плотен, что нам с главным редактором Сашей Черкасским удалось «достать» Натана только в аэропорту за 40 минут до его отлета в Берлин. Вот это краткое интервью.

— После операции «Литой свинец», в ходе которой в начале 2009 г. Израиль уничтожил в секторе Газа пусковые установки и мастерские по производству ракет «Касам», во всем мире началась целенаправленная пропагандистская антиизраильская кампания. Все кому не лень начали обвинять Израиль в «превышении пределов необходимой обороны и преднамеренном убийстве мирных жителей сектора Газа». Что Вы можете ответить на эти обвинения?

— А сколько мирных жителей гибнет в войне с террористами в Ираке и Афганистане? В Кундузе немецкий полковник Кляйн отдал приказ разбомбить угнанные талибами бензовозы. При этом погибло около ста мирных жителей. Федеральная прокуратура не усмотрела вины полковника Кляйна, решив, что бомбардировка двух угнанных бензовозов была допустимой, хотя при этом могло пострадать и гражданское население.
А вот реакция немецкой прессы. «Financial Times Deutschland»: «В последние 10 дней жертвами войны в Афганистане стали более 100 мирных жителей… В этой стране миротворцы никогда не могут быть уверены, в кого они стреляют: противник, как правило, не носит униформу, и его практически невозможно отличить от крестьянина. Требовать от солдат, чтобы они рисковали своими жизнями во избежание жертв среди мирных жителей – несправедливо. «Чистых» войн не бывает…»

Только от Израиля вся «мировая общественность» требует, чтобы его войны против террористов были не то чтобы «чистыми», а медицински стерильными. Израильских солдат Европе не жалко.

— А теперь хотелось бы узнать Ваше мнение по очень болезненному и очень важному для будущего еврейской общины Германии вопросу. Среди почти 200-тысячной еврейской иммиграции из стран бывшего СССР около половины составляют смешанные семьи и полукровки, у которых евреем является только отец. Таких «полуевреев» не принимают в члены еврейских ортодоксальных общин, и тем самым их практически выталкивают из еврейской жизни.

— Мне известна эта проблема. Поэтому одной из целей Сохнута в Германии является самостоятельная работа с теми русскоязычными евреями, которые не охвачены деятельностью общин. Сохнут в своей деятельности руководствуется критериями израильского «Закона о возвращении», по которому право на возвращение в Израиль имеет каждый, кто потенциально мог бы попасть под Нюрнбергские расовые законы о дискриминации евреев. А это любой человек, у которого хотя бы одна (один) из бабушек или дедушек был евреем.

Поэтому мы предоставляем таким людям, проживающим в Германии, возможность участвовать в наших проектах, чтобы не потерять свою еврейскую самоидентификацию.

Мы приглашаем на экскурсионные семинары по Израилю. У нас есть специальные программы для молодежи: Maca, Израильский меридиан, Таглит, Хавая Исраэлит.

— Натан, Вас помнят и ценят в Вашем родном городе Донецке. Ваше имя — в числе лучших выпускников 17-ой школы. Ваши земляки нам не простят, если мы не зададим Вам вопрос о Вашем отношении к Вашему родному городу и о Вашей оценке работы возрожденной еврейской общины Донецка.

— Начну с того, что я только на 1/3 – дончанин, а на остальные 2/3 – одессит, поскольку зачат я был своими родителями еще в Одессе, а родился уже в Сталино, куда мои родители переехали всего за три месяца до моего рождения. В детстве я почти каждое лето проводил у своих одесских дедушки и бабушки, в их квартире на углу Успенской и Пушкинской и на даче на 16-й станции Фонтана. Так что я могу с гордостью сказать, что я не только дончанин, но и одессит!

Я знаю, что сегодня в Донецке есть полноценная еврейская жизнь. Реализуются различные культурные, образовательные и благотворительные проекты, проводятся религиозные церемонии и еврейские праздники. Я бывал в донецкой общине и могу только поздравить евреев Донецка с таким достижением.

При подготовке статьи использованы материалы интервью Натана Щаранского, данного в 2009 г. журналисту Дмитрию Гордону и опубликованного в журнале «Бульвар Гордона»

Архив

Anzeige

Anzeige

Присоединяйся!