Ученье – свет, а неученых – тьма

Автор:

В номере: 2009

«Система школьного образования Германии — одна из самых совершенных в мире. Она имеет древние традиции и создавалась не одно столетие. Высокий общеобразовательный уровень населения в значительной степени обусловил экономический расцвет государства после Второй мировой войны», — написано в вузовском учебнике новейшей истории, по которому обучаются будущие российские педагоги.
Нам казалось…
Признайтесь, что многие из вас, переезжая на ПМЖ в Германию, были свято уверены, что западноевропейское образование, которое ваши дети получат на земле предков, ни в какое сравнение не идет с совковым. Вот там-то уж и паре иностранных язычков обучат, играючи. И компьютер для ребенка станет чем-то вроде домашней игрушки, и незашоренная коммунистическим прошлым свобода мысли подует на наших отпрысков свежим ветром перемен. И учителя там демократичные: к ним можно обращаться на «ты», они ведут занятия, сидя на учительском столе, и одеты, как юнцы, сорвавшиеся с молодежной тусовки. Там нет домашних заданий, политинформаций, субботников и поездок в подшефный колхоз на ненавистную картошку. Не имеется школьной формы, сбора металлолома и конкурса песни и строя. К тому же, образование в Германии- одно из сильнейших в мире. Чего ж еще можно пожелать родному дитяти?
Уезжая из матушки-России, я тоже была убеждена в вышеизложенном, пока, в качестве родительницы, нос к носу не столкнулась с проблемами немецкой школы.
В чем же пробелы местного школьного образования и воспитания? Этот вопрос я адресовала своим землякам, чьи наследники грызут сейчас гранит немецкой науки. Тезисно излагаю их ответы:
«Германия нуждается в централизованной системе школьной подготовки. Сейчас же каждая школа и гимназия устанавливают свои правила и программы, поразительно отличающиеся друг от друга. Поэтому при смене учебного заведения ребенку бывает очень сложно освоить новые требования. Я уже не говорю о том, что в каждой федеральной земле- свои заморочки. Мы переехали из Берлина в Кобленц, и теперь наша дочь совершенно не справляется с нагрузкой, а ведь на старом месте училась блестяще».
«Не знаю, почему штатным расписанием немецких школ не предусмотрена должность психолога. Даже в России, несмотря на сложную экономическую ситуацию, каждое учебное заведение имеет такого специалиста. А ведь таким детям, как наши, надо помогать адаптироваться в непривычном окружении, улаживать возникающие конфликты. Мой сын второй год страдает от моббинга одноклассников: ему регулярно прокалывают шины велосипеда, пачкают зубной пастой и кремом для обуви одежду в раздевалке. Он со страхом идет в школу. Большинство учителей приезжают на работу из других городов, а потому не ведают о негативных склонностях своих подопечных и твердят одно: не надо настраивать против себя коллектив».
«Здесь практически не существует внешкольного досуга (если не считать Klassenfahrt(ов), наносящих ощутимый удар по семейному бюджету). Как сказал директор нашей школы, рабочий день педагога не безразмерен. Свободное время детей- это забота родителей».
«Удручает внешний вид учащихся, как впрочем, и некоторых педагогов: нечесаные разноцветные патлы, мешковатые футболки и свитера, волочащиеся по земле штаны, пирсинг и татуировки. Не школьный коллектив, а заблудившийся бразильский карнавал».
«Очень длинная волынка это немецкое школьное обучение. Двенадцать лет! Если учесть, что в среднем немецкому студенту необходимо около десяти лет для того, чтобы получить диплом, а, учитывая, что в Германии получают аттестат зрелости не раньше восемнадцати, можно сказать, что свежеиспеченный немецкий молодой специалист совсем не молод – ему около тридцати. А поскольку фирмы предпочитают молодых и энергичных, то, например, у говорящего по-немецки английского экономиста, которому по окончании университета двадцать три- двадцать четыре года, больше шансов получить место, скажем, в концерне БМВ, чем у его немецкого ровесника, который все еще учится».
«Может, здесь и более углубленно изучают отдельные дисциплины, но уровень общей эрудиции ребят весьма низок. Недавно у нас на дне рождения дочери присутствовали все ее одноклассники. Мы с мужем попытались с ними побеседовать. Представьте себе, пятнадцатилетние ребята не знают элементарных вещей. У них проблемы со столицами европейских государств, историческими событиями, произведениями немецких авторов и пр. Они поразительно мало читают».
«По данным фонда Stiftung Lesen («Чтение»), всего пятнадцать процентов школ Германии имеют собственную библиотеку. Мой внук тоже учится в школе без библиотеки. Этот пробел стараемся наверстывать за счет русскоязычной литературы».
Что говорит бесстрастная статистика?
Это –частные мнения. А что говорит о немецком школьном образовании бесстрастная статистика? В ходе опроса, проведенного детским фондом ООН, выяснилось, что немецкие школы занимают девятнадцатое место из двадцати четырех (в пятерку лучших вошли Канада, Франция, Норвегия, США и Исландия). «Школьное образование в стране находится на крайне низком уровне, и это негативно сказывается на рынке труда, — говорит Дитер Ленцен, вице-президент Свободного Университета Берлина.- Пятьдесят лет назад еще можно было заработать себе на жизнь с помощью тачки. Теперь же это транспортное средство редко где встретишь. Пишущая машинка, за которой раньше сидела профессиональная секретарша, уступила место многофункциональному персональному компьютеру. Труд стал интеллектуально более сложным и тем самым более зависимым от уровня образованности. Мы делаем ставку на новое поколение, которое должно обладать высочайшим образовательным уровнем».
Что касается последнего, то уровень этот оставляет желать лучшего: по технике чтения и понимания текстов пятнадцатилетние школьники «страны поэтов и мыслителей» оказались в нижней трети таблицы среди своих сверстников из других современных развитых государств, в то время как немецкие учителя были уверены, что восемьдесят восемь процентов учеников этой «группы риска» не относятся к категории «слабых». А это уже- серьезные педагогические просчеты, являющиеся следствием несовершенства подготовки будущих педагогов.
Учеба в вузе «сеятелей разумного, доброго, вечного» носит в основном чисто теоретический характер. Практический опыт молодые педагоги накапливают уже по его окончании, в ходе годичной педагогической стажировки, в то время как в центре внимания должны находиться педагогические дисциплины и ранняя практика в школе.
А в чем же плюсы?
И все же, неужели так уж все плохо? Совсем нет плюсов? Есть, конечно. Прежде всего, это- прекрасная материальная база, какая нам на родине и не снилась. Вспомним хотя бы оснащение российских кабинетов информатики. Минимум или полное отсутствие домашних заданий- тоже плюс. Основательное преподавание иностранных языков с практикой поездок за границу с целью укрепления языковых навыков. Проверка знаний методом тестирования, исключающего подсказки, списывание и колебание настроения экзаменатора. Широкие возможности для развития индивидуальных способностей путем распределения предметов в соответствии с профилем обучения (языково-литературно-художественный, общественно-научный, математическо-естественнонаучно-технический). Право отказаться в гимназии от изучения «не понравившихся» факультативных предметов и т. д. и т. п.
Подводя черту под вышесказанным, замечу, однако: хорошо или плохо школьное немецкое образование, а получить его все равно нужно. Подавляющему большинству немецких школьников, армия которых состоит из десяти миллионов человек, сравнивать его, к счастью, не с чем. Наша же, родительская задача, помочь отпрыскам преодолеть трудноприступную крепость знаний. Как учил нас дедушка Суворов: «Тяжело в учении — легко в бою».

Архив

Anzeige

Anzeige

Присоединяйся!