Чехов в Шварцвальде

Автор:

В номере: 2009

Писатель не забыт

И вот мы в Баденвейлере. Заходим в информационное бюро в надежде что-то узнать, увидеть какие-либо следы пребывания Антона Павловича в этом городке. Надежда нас не только не обманула, но действительность с лихвой превзошла ожидания. Не будет большим преувеличением сказать, что всё в городе живёт памятью о нашем великом соотечественнике. В «информации» нам тут же выдали отпечатанные на русском (!) языке проспекты с указанием мест, связанных с пребыванием А. Чехова. Объяснили, что мы находимся на «Антон-Чехов-плац», рядом с домом, где жил писатель.

Выходим на площадь, и перед нашими глазами белое элегантное здание постройки второй половины Х1Х века. Сейчас в нём находится реабилитационная клиника «Park-Therme», а в прежние времена здесь была гостиница «Hotel Sommer». На балконе второго этажа видим памятную доску с надписью «Здесь жил Антон Чехов в июле 1904 года» и рядом овальный горельеф писателя. Балкон относится к номеру, который снимал А. Чехов, а доска закреплена на наружной стене комнаты, где он провёл последние дни. Эти знаки памяти установил по собственной инициативе владелец отеля Эрнст Глозер (Ernst Gloeser) в 1908 году.

Во время Первой мировой войны он вынужден был их снять, но сразу после её окончания снова установил. Во Вторую мировую снова последовало требование уничтожить горельеф и доску. И опять Глозер спрятал их, а уже в мае 1945 года восстановил на прежнем месте. Долгие годы это было единственным напоминанием о пребывании великого русского писателя в Баденвейлере. Сейчас, внизу на небольшом зеленом островке, под окном указанного номера отеля установлена скульптурная композиция «Чайка», выполненная А. Таратиновым. Это цилиндр из нержавеющей стали, завершающийся отлитой из бронзы знаменитой чеховской чайкой на взлете. Таков дар Свердловской и Ростовской областей, который открыли 15 июля 2004 года в день столетия со дня смерти писателя.

Заходим в клинику-гостиницу, спрашиваем, не сохранилось ли что-нибудь от времён А. Чехова. Отвечают, что с той поры здание не раз обновлялось, так что с начала прошлого века ничего не осталось, но внизу оборудован Чехов-бар. Он откроется вечером, но мы можем его осмотреть и сейчас. Внутри лишь стойка бармена выглядит современно, а глубокие мягкие вольтеровские кресла, обитые зелёной кожей, обои со старинным рисунком, большой, маслом писанный портрет писателя — всё это воссоздаёт атмосферу интеллектуального салона чеховских времён.

Снова выходим на площадь имени Антона Чехова, делаем фотографии знаменитой гостиницы и — вдали — церкви, где отпевали умершего писателя.

Первый памятник русскому человеку за пределами родины

Начинаем поиски памятника и музея. Оказалось, это совсем просто, потому что здесь все о Чехове знают. Объясняют, что музей, а точнее, «Чехов- салон» находится в курзале, а памятник — на склоне горы, где наверху — руины замка. Потому гора, наверное, называется «Burgberg». Высоко на этой «Замковой горе» и установлен поэтичный бюст литератора с печальным взглядом. Изображение не напоминает измождённого болезнью страдальца в последние дни жизни. И хорошо. Пусть он останется в душе каждого, кто видит памятник, молодым и прекрасным.

На постаменте надпись «А. Чехов умер в Баденвейлере в 1904 году», а рядом на бронзовой плите: «Антон Чехов/1860 — 1904/. Здесь стоял в 1908 — 1918 годах первый памятник русскому писателю./ Музей Чехова в Южно-Сахалинске (остров Сахалин) обеспечил создание в 1992 году нового бюста Чехова, выполненного Владимиром Чеботарёвым».

Велика заслуга в восстановлении памятника директора сахалинского музея Георгия Ильича Мироманова. Он с огромным энтузиазмом «пробивал» свою идею в Баденвейлере, Тюбинге и Москве и, наконец, организовал выполнение памятника сахалинским скульптором и доставку отлитого из бронзы бюста на грузовой машине (!) с Сахалина через всю Сибирь и половину Европы в Шварцвальд. В мае 1992 года в торжественной обстановке состоялось его открытие.

Ранее здесь стоял другой памятник, где А. П. Чехов выглядел, может быть, более реалистично, но и менее поэтично: пожилой господин в шляпе.

Идея создания памятника в Баденвейлере появилась у известного режиссёра и друга Чехова К. С. Станиславского после успешных гастролей Московского Художественного театра по Германии. За дело энергично взялся русский посланник при герцогском дворе в Карлсруе Дмитрий Адольфович фон Ейхлер. Он вёл переговоры с герцогом, общиной Баденвейлера; наконец, согласия были получены, найдено подходящее место и эскиз заказан вице-консулу России во Франкфурте-на-Майне Николаю фон Шлейферу (Nikolai von Schleifer), бывшему ещё и скульптором.

25 июля 1908 года состоялось торжественное открытие памятника. Собралось около 500 гостей. С речами выступали К. Станиславский, русские литераторы, комиссар земли Баден, Ольга Книппер-Чехова и Надежда фон Ейхлер (урождённая Танеева, родственница композитора).

Возложили венки к памятнику. Приглашённый из Карлсруе православный священник отслужил молебен. Затем был дан концерт и исполнена пьеса А. Чехова «Медведь», в котором принимала участие Карла Манн, сестра известных писателей Томаса и Генриха Манн. Событие нашло широкое отражение в немецкой и русской прессе, а также соседних стран — Франции и Швейцарии. Это был первый памятник великому писателю. И первый памятник русскому человеку за пределами родины. Он простоял до 1918 года: в военное время понадобился металл для пушек, и бюст был отправлен на переплавку.

«Хорошему человеку и врачу, великому писателю…»

Дальше наш путь лежал в музей-салон. И опять отдыхающие охотно проводили нас до его дверей. Видно, что посетителей здесь бывает много: книга, установленная на стойке у входа и рассказывающая о писателе, затёрта почти до дыр. На стендах фотографии, письма, документы, полная информация о жизни А. Чехова вообще и о пребывании в Баденвейлере, в частности. Создан музей со знанием дела и с любовью.

Есть в городском курпарке ещё один памятник нашему соотечественнику. Выйдя из салона, мы попросили стоявшую у входа молодёжь указать к нему дорогу. Оказалось, что эта группа изучает русский язык и приехала из Швейцарии, скорее всего, тоже поклониться великому писателю. Где находится памятник они, конечно, знали и как пройти туда объяснили. Небольшая каменная стела установлена в окружении зелени на берегу пруда. Чтобы её сфотографировать, надо забраться в чащу, а здесь в это время проводилась расчистка, и участок был огражден.

На нашу просьбу подойти к памятнику, ответили, что скоро будет «пауза», тогда мы и сможем сделать фотографии. Стали просить: мы из России, будем писать статью для русскоязычного журнала, долго в городе задерживаться не можем. И как часто бывает, люди пошли навстречу. Один рабочий продолжал стричь дерево, а второй раздвинул спиленные ветки и освободил место для съёмки. Вряд ли этот работник читал классика, но, видимо, и на него повлияли чеховские флюиды. Памятник этот, как мы узнали из купленной в городе посвящённой А. Чехову брошюре (и это есть!), создан по инициативе «Германского общества восточноевропейских предпринимателей», выполнен из красного гранита, добываемого на юге Шварцвальда, и установлен в 1963 году.

На плите надпись: «Хорошему/ человеку и врачу/ великому/ писателю./ Антон П. Чехов/ род. 29.1.1860/ в Таганроге/ ум. 15.7.1904/ в Баденвейлере». Её сочинил славист из Иннсбрука профессор доктор Йоганнес Хальм (Johannes Halm), выполнивший в 1931 году первую в немецкоязычном регионе диссертацию о А. Чехове.

Последние дни

Так что же произошло в Баденвейлере в 1904 году. В январе А. П. Чехов в Москве. Он присутствует на премьере пьесы «Вишнёвый сад» в Художественном театре. Были устроены торжества в честь 25-летнего юбилея литературной деятельности драматурга и его 44-летия. В середине февраля писатель возвращается в Ялту, где, в основном, жил последние годы: тёплый сухой климат Крыма был спасением для туберкулёзных больных. Но состояние здоровья ухудшалось, что привело к возвращению в Москву. По дороге А. Чехов простудился, получил резкое обострение и немедленно по приезде слёг. Лечащий врач рекомендовал больному «воды» Баденвейлера, на что тот беспрекословно согласился. Вместе с женой Ольгой Леонардовной Книппер-Чеховой выехал писатель в Германию на лечение, но по дороге останавливался в Берлине, где консультировался у местных врачей, встречался с М. Горьким и другими литераторами и в Баденвейлер прибыл 28 июня. Современники свидетельствуют, что первые дни на курорте Чехов «чувствовал себя бодрее, говорил о своих планах, мечтал о путешествии по Италии и хотел вернуться в Ялту через Константинополь».

В письме земскому врачу П. И. Куркину Чехов писал: «Ноги у меня уже совсем не болят, я хорошо сплю, великолепно ем, только одышка — от эмфиземы… и сильнейшей худобы, приобретённой в Москве за май. Здоровье входит не золотниками, а пудами. Баденвейлер хорошее местечко, тёплое, удобное для жизни, дешёвое, но, вероятно, уже дня через три я начну помышлять о том, куда бы удрать от скуки».

И, действительно, уже через неделю: «Дела мои ничего себе, только Баденвейлер стал надоедать, уж очень много здесь немецкой тишины и порядка». Семья переехала в другой пансион, однако «там повторилось то же самое: пара спокойных дней, затем снова желание куда-нибудь подальше». Тут ещё наступила «жара жестокая», а у Чехова «одышка тяжёлая, хоть караул кричи». Внезапно 12 июля произошёл приступ: ослабление сердечной деятельности, на следующий день — снова ухудшение.

О последних часах жизни писателя вспоминает Ольга Леонардовна: «в … первом часу ночи второго июля (старого стиля, И. Д.) он проснулся от очень затруднительного дыхания, стал бредить…» В два часа приехал доктор И. Шверер. А. Чехов сел и «как-то значительно, громко сказал ему по-немецки: «Я умираю». Когда доктор послал за новым баллоном кислорода, Чехов остановил его: «Не надо уже больше. Прежде чем его принесут, я буду мёртв». Шверер велел дать шампанского.

А. Чехов взял бокал, повернулся лицом к жене, улыбнулся и сказал: «Давно я не пил шампанского». Он «покойно выпил всё до дна, тихо лёг на левый бок и вскоре умолкнул навсегда». Было три часа ночи. Тело писателя перевезли в Москву, где с почестями похоронили на Новодевичьем кладбище.

На долгое время имя А. П. Чехова в Германии затерялось в гуще событий. Лишь с 1954 года, полувекового юбилея со дня смерти писателя, в Баденвейлере начинают предпринимать попытки восстановить память о великом писателе и драматурге. Проводились многочисленные мероприятия, служившие и разрядке напряжённости в отношениях между Востоком и Западом.

Начиная с 60-х годов, пьесы А. Чехова часто исполнялись на сценах немецкоязычных стран. Его аналитический и в то же время отстранённый от идеологических пристрастий стиль и видение мира отвечали духу времени послевоенного общества. В 1998 году был открыт Чеховский салон в Баденвейлере. Этот единственный в западном мире музей русского писателя стал местом международных встреч деятелей культуры. Здесь продолжается традиция литературных салонов Х1Х века.

Архив

Anzeige

Anzeige

Присоединяйся!